Почему не приживаются «помаранчевые» на Донбассе?

06.03.2009 18:20:43

Почему они не приживаются?

А они, похоже, и не пробовали. Не пробовали сегодня прижиться.

Поэтому есть ли смысл говорить о каких-то перспективах у «Нашей Украины» и блока имени Юлии Тимошенко на востоке Украины? Наверное, смысл говорить есть – ведь Украина не навсегда же окрасилась в те политические цвета, которые сегодня делят ее пополам по территориальному признаку. Во-вторых, все это может плохо кончиться — то, что чужими стали некоторые политики в некоторых регионах своей страны…

А ПОЧЕМУ ОНА РАЗДЕЛИЛАСЬ — УКРАИНА?

Ответ на этот вопрос найти очень просто. Украина не разделилась сама по себе – ее разделили политики. Они, политики, выкопали глубокий ров посредине Украины – и продолжают его углублять и расширять. И сегодня выходцы и переселенцы из Западной Украины, Сумской, Черниговской, Винницкой, Черкасской областей, которые работают на заводах и шахтах Донбасса – они в абсолютном своем большинстве готовы в любой момент встать на защиту вождей Партии регионов и против бывшей своей или своих родственников малой родины. Майданы и антимайданы 2004-го и последующих годов являются этому ярким подтверждением.

А когда началось все это? Началось давно. Еще партийные идеологи СССР в борьбе против ОУН-УПА не стеснялись в выборе средств для навязывания ярлыков – примерно так, как это делает сейчас Россия в отношении Чечни. С момента провозглашения украинской независимости все неурядицы молодого государства больнее всего ударили именно по Востоку Украины. Ведь это именно здесь в советское время было обеспечение продовольствием по первой категории. Здесь была и колбаса, и масло, и яйца во всех магазинах – в то время, когда острый дефицит продовольствия испытывали все непромышленые регионы Украины. И если для аграрных областей мало что изменилось после наступления независимости, то Восток многое потерял. Чем и воспользовались политики. Сначала это были коммунисты, которые в 1990-м, 1994-м и 1998-м годах, получая большинство голосов, заняли места во всех структурах местной власти. И они же получали все мандаты в высший законодательный орган страны – фактически ее, этой страны, не признавая.

Демократы на востоке Украины набирали 10, а то и 20 процентов голосов – но терпели поражение, и наиболее прагматичные из них постепенно уходили из политики.

Верховная Рада, а вместе с ним и вся Украина все четче начала делиться на Украину правую, и Украину левую.

Спасти ситуацию, спасти страну от такого водораздела призван был закон о выборах, который предусматривал избрание половины парламента по партийным спискам. Казалось бы, все правильно – депутатов-мажоритарщиков от Востока Украины проводили в парламент коммунисты, от Запада – руховцы, а по списках должны были пройти демократы от Востока, и левые – от Запада. Но, как показала практика, не тут то было. Практика показала, что избранные в Раду руховцы из западной Украины не очень то и хотели вникать в проблемы Востока, и, в результате, в списки стали ставить самих себя или близких по территории и другим связям людей. То же самое – коммунисты.

А уже в 2002-м году наметилась новая тенденция – тенденция прихода в великую политику людей из большого бизнеса. Но эти бизнесмены с политикой, как правило, были и раньше знакомы – на местном уровне. И идеология уже бизнесменов из КПУ, или Партии регионов, стремительно начавшей отбирать голоса именно у КПУ – идеология практически не менялась. Она была такой же антинатовской и просоветской. Так же, как и у бизнесменов из «руховских» областей идеология остается пронатовской и проевропейской.

В 2006 году большой бизнес в политике закон о выборах изменил, оставив только лишь так называемые «партийные» списки – места в которых начали просто-напросто продаваться по всем известным тарифам и таксам.

А ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С НАЦИОНАЛ-ДЕМОКРАТАМИ В ДОНБАССЕ?

Партийные ячейки существуют здесь практически у всех партий. И даже числятся люди на должностных окладах. Но в самой среде национал-демократов Донбасса тоже произошли изменения – как и везде. Сюда также пришел бизнес – со своими правилами.

Но, кроме того, есть еще несколько важных моментов. Первый – зависимость. Зависимость большинства местных партийных руководителей от местных же властей. Эту зависимость киевские лидеры «помаранчевых» видят, понимают – и нашли, на их взгляд, хороший выход. Они платят деньги на содержание партийных офисов и партийных работников, но в критические дни – в дни подготовки к выборам, и во время самих выборов – присылают сюда, на восток, «варягов». Которые руководят избирательными штабами и заполняют людьми из центральных и западных регионов все участковые и территориальные комиссии. Такая тактика утверждается уже практически 6 последних лет, то есть в четырех последних избирательных кампаниях. И это — второй момент, на котором хотелось бы кратко остановиться.

К выборам 2002 года «Наша Украина», например, в Донецке, приняла решение избирательный штаб вообще не создавать. И только буквально за месяц был назначен ею руководить – «Нашей Украиной» в Донецке – 23-летний молодой паренек, журналист из Киева. А заместителем ему был назначен его ровесник, руководивший до этого партией «Яблуко» в Донецке, вчерашний студент Антон Клименко. Хочу напомнить, что в блок «Наша Украина» в 2002 году входило 10 партий, и «Яблука» там не было.

В 2003-м, за год до президентских выборов руководить штабом НУ сюда приехал член политсовета партии «Яблуко» Павел Жовниренко. И заместителем он себе привез молодую девушку из Запорожья. В июле 2004 года после образования коалиции НУ и БЮТ под названием «Сила народа» руководителем штаба в Донецке был назначен киевский депутат от БЮТ Анатолий Семинога, его заместителем – житель города Ривне Петр Гарват. На последних выборах, в 2007 году руководителем штаба донецкой «Нашей Украины» был назначен бывший мэр Ивано-Франковска Зиновий Шкутяк.

Ну, а «Батькивщина», записывающая ныне себя тоже в правые силы, решила вопрос не временно, а вообще радикально — во главе областной и Донецкой городской организаций были поставлены выходцы с Николаева и Одессы соответственно.

Кстати, даже во времена СССР во главе союзных республик, как правило, были местные первые секретари. Для контроля за ними могли быть приставлены выходцы из других регионов — но люди в республиках должны были знать, что власть у них своя, а не инородная.

Сегодня же в Донецкой области не только руководители «помаранчевых» штабов и организаций назначаются извне, но и члены избирательных комиссий и наблюдатели от «помаранчевых», как правило, были представлены жителями западных областей Украины – зачастую вообще не подготовленными к избирательной кампании. Но свою роль в создании и утверждении имиджа «помаранчевых» партий как партий не местных, партий «западенских» — эту роль они сыграли «на отлично».

Сказать, что это пагубная тактика – это ничего не сказать. Начнем с главного – улучшили ли «помаранчевые» «варяги» результаты своих партий в Донецке? Нет, даже более того – этот результат резко упал. Даже Народный Рух в 1994-м и 1998-м годах набирал в Донбассе около 4 процентов голосов. Даже Конгресс украинских националистов набирал тогда около 1 процента. Я уже не говорю о результатах ПРП, УРП, ДемПУ и других правых партий.

А «Наша Украина», партия Президента Украины (!) в 2006-м и 2007-м в Донбассе еле-еле вышла на прежний уровень КУНа. А БЮТ, партия практически внеидеологическая, в Донецкой области не смогла преодолеть рубеж  в 3 процента (!?). Так помогли «варяги» помаранчевым здесь?

Нет.

Они лишь усилили тенденцию к расколу страны. И это тот грех, который долго еще придется искуплять «помаранчевым вождям – если все, даст Бог, обойдется нормально. Если не превратим мы следующие выборы в бойню не на жизнь, а на смерть, как сказал в одном из своих интервью «Украинской правде» один из лидеров Партии регионов Андрей Клюев. Кто-то мне скажет, что Андрей Клюев  — несерьезный политик? Но о реальности такой угрозы говорил неоднократно и Владимир Литвин – он тоже несерьезный политик?

***

Есть ли выход для помаранчевых? Есть – идти в народ. Не противопоставлять людей из разных регионов, не сталкивать их лбами, а идти к людям. Идти, слушать — и делать жизнь людей лучшей. Тяжелый и непростой путь – но другого нет. Если эти политики не хотят остаться в памяти народа творцами «бойни». Если они, в результате, не хотят позорно быть выброшенными на свалку истории.

Анатолий Герасимчук