Как революционеры били солдат срочной службы

04.12.2013 20:16:06

В Украине случился новый Майдан. 1 декабря, в воскресенье, на улицы Киева вышло более миллиона людей. С протестом против избиения отрядом «Беркута» студентов на Майдане. Студенты там митинговали за Европу. В ночь на воскресенье, ровно в 4 часа утра — не раньше и не позже — студентов из Майдана изгнали, применив силу. По какому–то «злому» стечению обстоятельств избитыми оказались преимущественно приезжие, безработные и журналисты, и в это время на Майдане не оказалось ни одного депутата, ни одного вождя «революции», и даже пламенная революционерка Руслана в это время ровно на час отлучилась на визит к врачу (в 4 часа утра).

Утром 1 декабря в СМИ поднялся большой шум, несколько даже регионалов выразили свой протест заявлениями о выходе из фракции Партии регионов (потом оказалось, что это они так «пошутили»), а центральные улицы Киева заполонили сотни тысяч людей. Наверное, многие туда пришли или приехали добровольно. Правда, один мой знакомый видел, как люди из «Свободы» в Киеве предлагали бабушкам выйти на Майдан на два часа за 350 грн. Откуда такие деньги вдруг появились у «Свободы» — есть, конечно, вопрос. А возможно, это были провокаторы от власти — точно такие, которые, услышав заявления троицы оппозиционных вождей на Майдане о том, что в Украине началась революция, побежали брать штурмом Администрацию Президента. Сразу же, прямо в воскресенье. Ну и что, что Президент в это время находился в Межигорье — революционеры решили в это время захватить его рабочий кабинет. Зачем — не совсем, конечно, понятно.

Но Администрацию Президента, конечно же, охраняет милиция, внутренние войска и «Беркут».

Революционеров это не остановило. А как раз в это время по интернету начало распространяться письмо матерей, дети которых служат во внутренних войсках, чтобы они, их дети, «ни в коем случае не слушали команд организованных киллеров убийц нашего народа!». И, наверное, чтобы не дергались, когда их (детей) забрасывают булыжниками, коктейлем Молотова, травят газом, бьют цепями и давят бульдозерами.

Потому что именно это и произошло. Среди белого дня 1 декабря на глазах у общественности, депутатов, журналистов и всего, значит, мира революционеры на протяжении НЕСКОЛЬКИХ ЧАСОВ изгалялись над 18–летними юношами — призванными в армию согласно законам Украины о всеобщей воинской обязанности. Конечно, среди солдат депутатских сыновей не бывает — и их можно было бить безнаказанно.

Народные депутаты и оппозиционные вожди сегодня говорят об ответственности тех, кто разогнал студенческий Майдан — но никто почему–то не говорит об ответственности тех, кто на защиту Администрации Президента поставил солдат срочной службы без щитов — под бульдозер, град булыжников, удары цепями. А ведь это именно депутаты принимали Закон Украины о службе солдат во Внутренних войсках, о функциях внутренних войск, в которые входит, в том числе, и охрана госучреждений. Но почему этих солдат выставили перед обезумевшей толпой без всех необходимых средств их защиты?  Это вопрос и к законодателям, и к народу — зачем в такую армию призывают наших парней?

В данном случае произошло так, что украинское общество стало терзать и убивать одних СВОИХ детей в отместку за других СВОИХ детей. Общество — потому что, повторюсь, многочасовое избиение солдат совершалось на глазах у общественности, которая с хихиканьем распространяла в социальных сетях историю про то, как какой–то дедушка просил пропустить и его — хоть разок камнем кинуть. Подчеркиваю — кинуть не в Януковича, не в Азарова, не в какого–нибудь министра или депутата — а в солдата срочной службы.

Но вышло все как в той народной мудрости, где паны бьются, а чубы трещат у холопов. Потому что ближе к вечеру, когда толпа «Революционеров» вдоволь поизгалялась над солдатами, поступил приказ «Беркуту» — и они, нет, не стрелять начали, не водометы использовать, а начали делать то же, что делали с ними революционеры — бить. Попало, конечно, больше тем, кто быстро сбежать не мог, и тем, кто думал, что «забавное удовольствие» продолжается — журналистам.

Да, после всего, что случилось, оппозиционеры начали дружно открещиваться от всего, начали говорить, что это  какие–то провокаторы от власти били безоружных солдат. Наверное, там были и провокаторы. Но били солдат все там присутствующие — ВСЕ!. Причем зная, что бьют именно солдат — потому что об этом в мегафон громко объявляли «революционеры». Там присутствовали депутаты — которые иногда пытались не допустить избиения — но их мало кто слушал. И там же СОТНИ журналистов снимали все это зрелище — выискивая кадр позрелищнее из процесса глумления над солдатами: куда именно летит булыжник — в голову, шею, в живот или ноги, и куда именно распрыскивается газ — в глаза, нос, или еще куда.  Кадры выбирались покрупнее, чтобы ничего не пропустить — в том числе и слез 18–летних юношей.  Потом, когда вожди начали открещиваться от своих революционеров (а именно они, повторюсь, многократно прокричали о том, что настала революция), многие из участников побоища («кидателей» камней) под Администрацией Президента даже стали в интернете обижаться, что их называют провокаторами, если они — революционеры.

Анатолий Герасимчук, UАргумент

А как это все было — смотрите фотографии и текст из блога zyalt.livejournal.com.

Штурм Администрации Президента, Киев, 1 декабря 2013 года

Началось все около часу дня. Часть людей с Майдана Незалежности сразу пошла к зданию Администрации Президента.

Проход к зданию АП был возможен только с одной стороны по узкой улице. С обоих сторон там высокие дома. Милиция выставила металлические щиты и около 200 сотрудников, полностью перекрыв улицу. Даже если бы демонстранты прорвали первое оцепление, они бы увязли среди автобусов. Кроме того, на территории самой Администрации находилось много сотрудников «Беркута» и военных.

Вначале людей было немного. Может быть, человек 50–100. Обычные люди, которых мы часто видим на улице. Случайные прохожие, зеваки. Все фотографировали милицию.

В целом атмосфера была очень дружелюбная, если можно так вообще сказать про революцию. Милиция была без защиты и даже без дубинок, кто–то пытался шутить, кто–то смеялся.

Внезапно на улицу въехал бульдозер, на нем были люди с фаерами. За бульдозером шла толпа, человек 200, молодых людей. Я не знаю, как правильно называть эту «молодежь». Обычно их называют футбольными фанатами или националистами. Эти ребята с самого утра вооружились арматурой, палками и цепями. Они сделали себе защиту и шли специально, чтобы драться. В общем, радикальная правая молодежь. В этот момент стало действительно страшно. Страшно не фанатов. Все сразу поняли, что сейчас может пролиться кровь. Колонна шла штурмовать здание АП. Толпа, которая почувствует кровь — это страшно. Причем, не обязательно кого–то убивать, иногда и слуха достаточно. Люди начинают сходить с ума делать неразумные поступки. Я видел это в Бишкеке во время последней революции.

Бульдозер подъехал к оцеплению и люди в масках потребовали от милиции отойти. Милиция не реагировала. Было несколько человек, потом их назовут провокаторами, которые требовали от водителя бульдозера давить милицию. Водитель давить никого не хотел.

В какой–то момент милиция, стоявшая в первых рядах, ушла и вперед поставили сотню солдат–срочников, мальчишек восемнадцатилетних. Бульдозер начал атаку.

Агрессивная молодежь начала избивать солдат цепями, забрасывать камнями и палками. В солдат полетели фаеры, петарды и дымовухи.

В это время бульдозер крушил барьеры.

После того, как барьеры сломали, удалось добиться временного перемирия. Здесь надо понимать, что большинство толпы было за бескровный вариант революции. Взрослые люди, которые были среди демонстрантов, буквально своими телами защищали солдат от агрессивных националистов. Начались переговоры с просьбой сдать оружие. Солдаты были напуганы, они и рады были бы уйти, но приказ есть приказ. В адрес солдат почему–то летели проклятья, будто они тут добровольно стоят.

А «Фанаты» вооружались. Металлические барьеры разломали на палки, плитку на тротуарах разобрали и покрошили на камни, которые можно удобно кидать.

Дальше началась очень странная вещь. Бульдозер окружили люди и не давали ему продолжать штурм. Большинство толпы было против столкновений с милицией, тем более на переднем плане стояли молодые солдаты–срочники. Около часа в толпе были локальные стычки. Сторонники силового варианта избивали тех, кто не давал бульдозеру ехать на людей. Все обвиняли друг друга в провокациях. Бульдозер несколько раз сдвинул ряды солдат — удивительно просто, как никто не оказался под колесами бульдозера. Солдаты, тем не менее, стояли стеной, крепко сцепившись друг с другом.

Радикалы пытаются выстроить коридор для своего бульдозера. В какой–то момент на бульдозер взобрался какой–то народный депутат (Порошенко, — ред.) и пытался успокоить людей. Он сказал, что люди в масках и с битами — провокаторы. Что они хотят пролить кровь и устроить тут бойню. «Ни капли крови» — начала скандировать толпа. «У…бывай отсюда, предатель!» — отвечала молодежь депутату и начала кидать в него монеты и камни. Депутат обещал людям мирный вариант свержения власти без жертв. Вообще, в толпе было много оппозиционных депутатов, которые вместе с простыми людьми останавливали бульдозер и пытались предотвратить столкновения.

Толпа молодежи вытаскивала людей, которые пытались блокировать бульдозер, и избивала их.

Примерно через час молодым людям надоело ждать, и начался второй активный штурм уже без бульдозера. В солдат полетели камни, фаеры, булыжники и дымовухи. Солдатам заливали стекла шлемов краской. Мне случайно залили объектив (хорошо, не сильно).

Мне сложно, судить, что чувствовали ребята в шлемах, которые полностью безоружные сдерживали натиск разъяренных подростков. Но приказ был держать оборону. Фактически, менты выставили живой щит из срочников. Я находился все время между солдатами и нападавшими, ощущения — не самые приятные.

Минут 10 был активный штурм, но солдаты стояли на месте. Никакой ответной реакции не было, это еще больше заводило толпу.

Кто–то зажигал фаеры и пытался ими прожечь одежду солдат. Кто–то пытался засунуть фаер под стекло шлема, травят газом из разного рода баллончиков.

Солдаты не оказывали никакого сопротивления. Они просто стояли и сдерживали толпу.

В ход пошли цепи, срочников начали избивать цепями, но они стояли.

Кто–то кинул бутылку с зажигательной смесью. Солдаты немного отступили.

Все это время часть демонстрантов пыталась усмирить молодежь. То есть, было фактически три стороны конфликта — милиция, агрессивные малолетние хулиганы и обычные люди, пытавшиеся предотвратить кровопролитие.

Я не знаю, с какой целью милиция и «Беркут» выставили в первые ряды срочников. Толпа час избивала и закидывала камнями 18–летних мальчишек. Кто–то из солдат плакал.

На этих фото видно, что погоны рядовых солдат подтянуты к шее — это означает, что солдаты молодые, не «деды» с лычками, у которых погоны оттянуты к краю (это один из элементов дедовщины, о которой офицеры и генералы говорят, что ее нет). Напомним, что солдаты служат всего один год (ред. UАргумента)


Обратите внимание на каску. Пятна — это следы после ударов камнями. Молодежь разбирала тротуары и закидывала камнями оцепление. Представляете себе кирпич, который летит в голову? А теперь представьте себе сотни таких кирпичей. Звук такой, как будто град идет.

Где же были милиция и «Беркут», спросите вы? А они стояли за спинами срочников. Грозные и серьезные. Стояли они за спинами, чтобы не дать солдатам отступить. Такие себе заградотряды. Выставили пушечное мясо и держали. Страшная картина — напуганные солдаты, которые стоят без оружия, даже без щитов, а за ними «Беркут» в носу ковыряет и ждет. Солдатам даже щиты не дали, так как побоялись, что демонстранты их отнимут.

Защитникам Администрации Президента очень повезло с ветром. Он был в сторону демонстрантов. Любая дымовуха или газ оборачивалась против нападающих. «Писать против ветра» — это про штурм АП.

А дальше милиция пошла в атаку. Из–за спин солдат в людей полетели гранаты. Вначале с газом — слезоточивым, перечным. Потом светошумовые.

Не знаю, кидали ли в вас когда–нибудь гранаты с чем–то, но это малоприятно. Перечный газ обжигает кожу. Такое впечатление, что лицо кислотой облили. Слезоточивый обжигает все, становится трудно дышать. Сразу начинается паника. Каждый вдох причиняет боль, но от того, что ты бежишь в укрытие, дышать хочется больше. Люди бегут от взрывов, начинается давка, ведь задние ряды подпирают отступающих. Есть и вторая опасность. Каждая граната, взорвавшаяся в толпе, ранит людей. Пластиковые осколки от оболочки разрывают одежду и впиваются под кожу.

Вот последствия взрыва гранаты рядом с человеком. Здесь повреждены суставы, надо зашивать колени, разрезать все и доставать осколки. Гранаты летели в толпу постоянно, может, сотня за вечер. Раненых тоже было много. В статистике их нет, так как большинство не обращались в больницы, боясь преследования со стороны полиции. В толпе был слух, что в больницах раненых арестовывают как участников.

Люди в панике выламывали двери подъездов, чтобы укрыться от газа.

Когда ветер уносил очередное облако газа, люди вновь брали камни и закидывали милицию.

Закидывали все, не только хулиганы, вот обычные девушки вооружаются. Несколько часов постоянных взрывов, газа, паники сделали свое дело. Уже никто не защищал солдат. Люди ходили с дикими глазами и хотели крови. Кто–то мстил за друга, которому разбили голову, кто–то поддался стадному чувству.

Вскоре начали ломать ворота дворов, чтобы можно было от газа прятаться. Не знаю, как развивались бы события, если бы ветер был в другую сторону. Милиция даже не надевала противогазы, так как газ сразу уходил по узкой улице, как по трубе, обдавая всех демонстрантов.

Во дворах и подъездах волонтеры–медики оказывали первую помощь. Самые распространенные травмы — ранения от взрывов, повреждение барабанных перепонок от светошумовых гранат и ранения от камней, которые прилетали в головы атакующих в первых рядах из рядов задних.

Еще через час толпу удалось немного рассеять. Постоянные взрывы газа — малоприятное зрелище. В первых рядах остались только те, кто был в противогазах и респираторах.

И тут пошел в атаку «Беркут». Несколько сотен бойцов моментально обратили демонстрантов в бегство.

Самых медленных и слабых по дороге избивали без разбора. Пострадало много журналистов, ведь они были в первых рядах и не смогли убежать оперативно.

Всю улицу быстро зачистили.

Немного перегруппировавшись, толпа вооружилась камнями и пошла в контратаку.

Еще через полчаса людей окончательно вытеснили. На этом штурм Администрации закончился. Силы у нападавших кончились.

Несколько человек милиция задержала, нашли оружие.

Задерживали жестко.