Урок национальной математики

08.11.2012 20:16:10

Попытаюсь ответить на некоторые выпады по поводу публикации, имеющей целью показать методы растаскивания украинцев по «просторам родины чудесной». Почему–то первые рабочие места для выпускников находились за тысячи километров от дома — в отдаленных областях России и Средней Азии со своими традициями и жизненным укладом, к которым приходилось приспосабливаться в условиях, далеких от комфорта. А так как рассылались жители сел и коммуналок, то в условиях получения жилья и создания семьи, они там и оставались. Почему–то на местном уровне специалисты не готовились.

Насчет «целинной» романтики. Наверное, не всем известны события 1959 г. в Темиртау на севере Казахстана. На строительство большого металлургического комбината были свезены тысячи комсомольцев, в основном из Украины и Белоруссии. Но из–за тяжелых материальных и бытовых условий вспыхнул бунт. Комсомольцы разогнали милицию, а начальника повесили. Начальника стройки выбросили с четвертого этажа. Малыми силами гражданских и солдатских усмирителей подавить бунт не удалось. Тогда КГБ вызвал воздушный десант. Изолированность Темиртау и преимущества военной силы позволили жестоко расправиться с восставшими по принципу «патронов не жалеть!».

Из трех тысяч бунтовщиков жертвами стали половина: раненые, убитые и «пропавшие без вести». И сразу же были улучшены бытовые условия, снабжение продуктами, повышена зарплата, даже организованы культурные мероприятия, ликвидированы поселки из шалашей, палаток и землянок, а молодежь переселена в массивные жилищные блоки. Т. е. у государства достаточно средств для обеспечения сносного существования строителей, но оно спекулировало на энтузиазме, сознательности и терпении молодежи. И однажды терпение лопнуло. Об этом узнали и за рубежом из публикации И. Багряного в 1960 г.

Конечно, не разработка атомного оружия вызвала голод в 1946–1947 гг., а военная разруха хозяйства, длившаяся несколько лет, когда две многомиллионные армии дважды проутюжили страну во всех направлениях. Но именно гонка вооружений, спровоцированная распространением коммунистической идеологии, не дала возможности еще и на сирот обратить внимание, так как требовала огромных материальных затрат.

Это подтверждает и космонавт А. Леонов в №9 2012 г. газеты «Совершенно секретно»: «Поганилось все наверху. Одним лозунгом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», стремлением распространить свою идеологию по всему миру, мы себя к пропасти подвели». Страны Варшавского военного договора надо было взять на короткий военный поводок, раскинуть по всему миру разведывательную сеть, организовать около сотни компартий–иждивенок.

О намерении Жукова и Берии выселить украинцев в Сибирь неоднократно упоминалось в периодической печати. По роду их деятельности это возможно было. Ведь, кроме крымчан, выселены чеченцы, турки–месхетинцы, киргизы. Есть ли документальное подтверждение — неизвестно, ведь публикации пакта Молотова–Риббентропа ждали полсотни лет. А ведь еще не все архивы КГБ рассекречены. Но с воцарением Путина это вряд ли возможно, так как воспрянувшие духом чекисты (раньше, возможно, боявшиеся люстрации) этого не позволят.

А этнологические выводы об инородцах делает не Г. Педченко. А дважды доктор наук — исторических и географических — Л. Н. Гумилев (о чем в статье указано) в фундаментальном труде «Этногенез и биосфера Земли» (стр. 69, изд. М., 1964 г.): «Иногда возможна инкорпорация иноплеменников, но, применяемая в больших размерах, она разлагает этнос». Перечисленные же В. Ширинским недостатки общества полностью зависят от ситуации.

Теперь по поводу дряхлости Союза. Это не я такая умная, вышедшая, как все, из гоголевской «Шинели». В журнале «Человек» №1 за 1991 г. (изд–во «Наука») в статье «Прогноз — психоанализ общества?» М. Араповым, старшим научным сотрудником Всесоюзного НИИ системных исследований (т. е., в бытность Союза), разбирается «Комплексная программа научно–технического прогресса СССР на 1991–2005 гг.», законченная в 1983 г., объемное издание в несколько томов. Тираж… аж 700 экземпляров. Неудивительно, что нам сей труд неизвестен, хотя директивы съездов КПСС приходилось изучать.

Как пишет М. Арапов, сведенные из разных отчетов цифры, оказавшись, наверное, впервые рядом, ясно «говорили»: «Страна — на пороге жестокого кризиса. Где–то, в начале 90–х, неминуемо должен произойти коллапс экономики. Зафиксированное состояние — результат аккумуляции огромного числа ошибок, практически никогда не исправлявшихся… существовал чудовищный разрыв между сложностью проблем… и дубовой примитивностью централизованной системы управления». Далее М. Арапов делает вывод, что низкая интеллектуальность и некомпетентность центральной власти имеют более разрушительные последствия, чем у власти на местах. К тому же, в этой программе «в черную дыру» провалились армия, партия и КГБ. «Внешняя политика не имела никакого отношения ко внутренней. Во внутренней — нации были только учетными категориями».

Далее автор развил тему информатизации, предупредив, что «мировому сообществу не нужен Чингисхан с телеграфом… а наше отставание — не в технологии, а в нравственности и культуре».

На совет ув. тов. Ширинского создавать литературный украинский язык на основе приднепровских «говоров», можно только перефразировать Юза Алешковского (если не ошибаюсь): «Товарищ Ширинский, Вы — большой ученый, в языкознании знаете Вы толк…».

Как я уже указывала в одной из публикаций, академик Д. С. Лихачев считал, что выдающиеся российские поэты исправляли российский язык, возникший из владимиро–суздальских говоров, с помощью украинского, иначе россияне до сих пор говорили бы «теперича».

Человека, глухого к мелодике языка, выжившего, несмотря на сотни запретов, нечего увещевать. Я только скажу, что тысячелетний народ и памятники литературы имеет тысячелетние «Остромирово Евангелие», «Изборники Святослава», хранящиеся в Москве и Питере, и не возвращенные Украине. А вообще, всю светскую и религиозную литературу вывез Петр І после «Полтавы».

И. Бунин считал, что лучшим поэтическим пейзажем является Шевченково: «За байраком байрак…» А на каком нелитературном языке можно сказать:

Тихесенький вечір на землю спадає,
І сонце сідає в темнесенький гай…
(В. Самійленко)

Или: «Реве та стогне Дніпр широкий…»

Каков диапазон?

Для сравнения: российская поэзия имела «серебряный» ХІХ век, украинская имела неполные 10 лет ХХ века и была стразу же уничтожена («розстріляне відродження»). А приднепровские «говоры» утоплены в Киевском, Кременчугском, Каховском морях. Их носители смешаны с толпой строителей ГЭС. Результат — пресловутый суржик.

Непонятно, кто кому навязывает галицкий диалект и полонизмы. Мне пришлось работать в местах бывшего польского присутствия вблизи Бердичева — столицы украинского еврейства. Там был настоящий западный «интернационализм»: кроме украинцев, евреи, поляки, немцы, венгры — и все говорили по–украински. Немка в школе преподавала украинский, еврей — историю. Несмотря на то, что я «східнячка», сосед моих хозяев сразу же меня «удочерил», называл «доця Галя». Поляк, между прочим. Другой поляк — пан Мачульский, школьный сторож, по вечерам доставал мне воду из колодца, так как моих 48 кг для таких подвигов было маловато. Никого не удивляли фамилии: Шварц, Штраус, Шуберт, Шуман. Правда, Шопин (так поляки называют Шопена) так и не появился.

В некоторых словах, правда, менялись ударения, вначале слова ставилось «г» (кто читал «Прапороносців»: «Гандрій гузенькою вуличкою (чи гуличкою?)».

«Прошлое надо помнить, жить будущим», — наставляет уважаемый тов. Ширинский. Кто б возражал! Но все дело в том, что минувшее, вцепившись мертвой хваткой, не пускает в будущее. Последним доказательством является подлый закон о языках, принятый подлыми людьми и подлым способом. Приняв этот закон, эта власть показал, что она — власть кучки «регионалов» и «примкнувших к ним» (!) так называемых коммунистов, ставших черепашками–прилипалами к власти и по–прежнему спекулирующих лозунгами.

Складывается впечатление, что эта власть — долгосрочный проект Путина, воцарившегося в «неподвижной России» (определение декабриста А. Поджио). Не успев воцариться, они сразу же расплатились Севастополем за моральную и материальную поддержку в первом походе «за булавой», а за победу во втором — «законом о языках». Этот закон поддержали разные «русские блоки», противопоставляя себя основному населению страны, в т. ч. и порядочным людям разных национальностей. О чувстве Родины и патриотизме не идет речь у адептов и апологетов российской имперской идеи.

Меня удивляет Минюст, регистрирующий деструктивные партии, и ЦИК, регистрирующий кандидатов с антиукраинскими лозунгами.

P. S. А в Ангарске в предыдущую перепись было 20% украинцев. Недавняя перепись «потеряла» много украинцев, то есть в России они не размножаются. Вот россияне — другое дело. По формулам:

1) россиянин + украинец = 2 россиянина;
2) россиянин + татарин (мордвин) = 2 россиянина.

Совсем другое дело в Украине:
украинец + россиянин = 0 или 2 россиянина, в лучшем случае, без изменений.

Галина Педченко,
г. Харьков