Что мешает?

14.08.2012 19:34:37

Прочел письмо ув. Бориса Петрова «Что мешает Украине вступить в ЕС?» (UА №22). Из текста размером в газетную страницу нашел ответ на поставленный в заголовке вопрос, правильный, но не конкретный:

«Когда мы сможем поумнеть, все осознаем,
То будем мы тогда иметь «не те, що маєм!».

Прочая газетная площадь потрачена на то, чтобы увести читателя от поумнения и в дальнейшем оставить его с тем, «що він має і зараз».

Обширное вступление призвано обосновать тезис «Чем усерднее личность заслоняют народом, нацией или другой коллективной организацией, тем в более гипертрофированном виде вылезает наружу личностное начало. Пытаетесь подчинить индивидуальность массе? Получите Сталина, как это произошло в России». Здесь г–н Петров пытается убедить украинцев в том, что путь, который прошли другие народы в своем становлении и государственном строительстве — не для них, что украинский народ, украинская нация, украинское государство — это плохо, это насилие над личностью.

Читаем наблюдение, с которым невозможно не согласиться: «Империя зла и насилия просуществовала немалый срок за счет одурманивания и оболванивания гомо сапиенса. В умы трудового народа партия… искусно насаждала марксистский подход к историческому прошлому государства», т.е., надо понимать — неправильный, ложный подход. И, в то же время, сам прибегает к имперским страшилкам, запугивая нас украинским национализмом. Т.е, любой, — российский, польский, иранский национализмы — правильные, а вот украинский национализм — неправильный, опасный. Защищает Петров кровавые флаги, под которыми уничтожены миллионы украинцев и не только, сокрушается по поводу кровавых коммунистических вождей, чьи имена и памятники постепенно исчезают с городов и улиц.

Читаем: «Трудно найти что–то более неподходящее для превращения в монолит, чем современное украинское общество. Наша страна напоминает лоскутное одеяло, сшитое бывшей метрополией…». Вижу только два оттенка с весьма размытыми краями, отдаленно напоминающие лоскуты — это проукраинский и антиукраинский цвета, иные почти не заметны. Далее следует живописание украинского индивидуализма, проиллюстрированного народным фольклором. Не обошлось без дежурного упоминания о коварной Америке, использующей Украину в своей борьбе с Россией. Проза чередуется со стихами.

Выводы, которые, по расчету автора, должен сделать читатель, следующие:

1. Коммунизм — это плохо, но и народ (украинский народ), и нация (украинская нация) — это тоже плохо. А самая лучшая организация общества (украинского общества) — это проходной двор, где индивид обладает всеми правами, но не имеет никаких обязанностей.

2. Украинское общество и украинское государство — это нечто столь разношерстное и случайно сбившееся в кучу, что не стоит тратить времени и сил на его монолитизацию (превращение в монолит). Все равно рассыпется.

3. Украинцы, в силу своего индивидуализма, не являются государствообразующей нацией.

И т.д., и т.п. Хочу вселить в растерянных читателей порцию оптимизма. Не все так мрачно, как представляет г–н Петров. Все классические государства являются национальными, и в этом Украина выгодно отличается от России, США или Сингапура. Украина — это унитарное мононациональное государство, в котором коренного этноса 78%, т.е., подавляющее большинство. И оно не собирается рассыпаться, наоборот, украинская нация на протяжении тысячи лет демонстрирует удивительную живучесть, сохраняя за собой почти все этнические территории, несмотря ни на какие удары судьбы. Украинский индивидуализм не является недостатком, кроме того, у украинцев есть масса неоспоримых достоинств.

И если потомки уголовников превратили Австралию в процветающую страну, то на благословенной украинской земле построить рай земной — сам Бог велел. Есть только одно препятствие. Политологи утверждают, что только консолидированные нации могут быть успешными. И украинский опыт стопроцентно подтверждает это. Дело таки «в том, что мы не отказались и не сбросили с себя путы прошлого», как справедливо отмечает г–н Петров, и не объединились вокруг многострадальной матери Украины.

Однако каждый совок осознает, что, несмотря ни на какие заклинания петровых, симоненок, колесниченок, Украина будет украинской, счастливой, справедливой, богатой страной с развитой экономикой, с высокими технологиями, со здоровым, красивым, образованным и культурным населением, с чистой окружающей средой. В ней будет свободно и повсеместно функционировать украинский язык — на радио, ТВ, на молодежных тусовках, на свадьбах и юбилеях будут звучать украинские песни, на могилах наших стариков будут надписи на украинском языке. Украинские греки, татары, болгары, поляки и прочие меньшинства будут знать язык своих предков и будут поддерживать культурные связи со своими этническими территориями. Для этого русскому языку придется потесниться и дать место другим. Российского черноморского флота не будет в Крыму, а на местах его базирования будет процветать туристическая индустрия. С наших улиц и городов исчезнут имена и памятники красных убийц, садистов и оккупантов, им будут присвоены имена героев борьбы за свободу и независимость нашей Родины. Они, а также жертвы оккупационных режимов, будут увековечены в памятниках. На их примере, на их памяти будет проводиться национально–патриотическое воспитание молодежи. Коммунистическая идеология и символика будут запрещены. Т.е., Украина станет нормальной европейской страной. Это может произойти раньше, если г–н Петров и прочие пришельцы из прошлой эпохи угомонятся и смирятся с неизбежным процессом. А может и отсрочиться, если они будут продолжать упираться по принципу — пусть я, мои дети и внуки будем голодные и нищие, но Украине стать украинской не дам. Примером такого упорства является нынешняя эпопея с Законом «О языковой политике…» Колесниченка–Кивалова. Это о них и их сторонниках сложена русская пословица «Посади свинью за стол — она и ноги на стол». Зная историю притеснений украинского языка и насаждения вместо него русского, каждый порядочный человек должен безоговорочно отказаться от претензий на особый статус русского языка в Украине. Но только не эта публика. По примеру г–на Петрова привожу стихотворение на языковую тему, набросанное мной еще в 1986 году к школьному заданию дочери.

О великий и могучий, о мерзкий и дремучий,
Язык Пушкина и Толстого  и тёти Катиного дяди Вовы.
Когда дядя Вова орет с балкона  после порции самогона,
Демонстрирует свой  словарный запас,
У наших мам слезы  катятся из глаз.
Мне кажется, что на свете  живут только дяди Вовины дети.
Их веселый мат слышу  я непрестанно.
Неужели и я таким же стану?
Как помочь всеобщему горю?  Отрубить бы дяде то,
Что его сынок написал на заборе, чтобы дети его не плодились,
Может, хоть Маршаки  с Маяковскими бы появились.
Где вы, Пушкины, где вы, Толстые, всех дядь Вов повяжите, родные,
И назначьте им психлечение
От великого языка межнационального общения.

За одно то, что русский язык заражен матерщиной, оскорбляющей самые святые основы существования человечества, и разносит эту мерзость по всему миру, его нужно поставить на международный очистительный карантин, — но наших проталкивателей русского мира моральная сторона мало волнует.

Хочу заметить, что в арсенале украинской нации остается еще опыт прибалтийских стран, на который также ссылается г–н Петров. Если неадекватные существа из упомянутой русской пословицы будут упорно отказываться убрать ноги с общего стола, у украинцев достанет воли убрать от мебели всю сомнительную публику и потом пропускать обратно поодиночке из числа в совершенстве овладевших государственным языком и изучивших всё, что нужно изучить для лояльного бытия в украинской среде.

Что касается стишка, которым г–н Петров заканчивает публикацию и в котором Колумб почему–то назван судаком, то я его где–то уже читал и давал ответ, отвечаю повторно.

Який–то малорос придумав віршика,
Що українцем був Ісус Христос,
І Будда наче родом із Чернігова.
Дивак і іншу ахінєю ньос.
Та дивакові малоросу  ми не віримо.
І Будда, і Христос  — достойнії мужі,
Напризволяще свій народ  вони б не кинули,
Ми б не жили у своїй хаті,  мов бомжі.
І не дозволили б вони  неукраїнцям
Безкарно нашу кров смоктать,
А малоросам з’яничареним
Образливих листів в газети  надсилать.
Брехню ж про братніх москалів я маю спростувати.
Вони не інопланетяни, ні!
І Будду із Христом я не втомлюсь благати,
Ізбавте, Боги, від подібної рідні!

В заключение хочу поддержать идею г–на Петрова о люстрации, с которой Украина, к сожалению, запоздала на 20 лет. Так давайте проголосуем за тех, кто её предлагает, а не за тех, кто её смертельно боится.

И. Таицкий, г. Донецк