Оксана Забужко: Использовать Лину Костенко в той роли, в которой выступала Тигрюля, — циничный пиар–ход

29.12.2011 13:27:37

Писательница Оксана Забужко считает использование людей, которых два поколения знают со школьной скамьи, циничным пиар–ходом для прикрытия всех других, невидимых: «Да оставьте в покое, не трогайте уже этих стариков. Левка Лукьяненко поюзали, Дмитра Павлычко — всех по списку, кого можно было, уже использовали… Наглость, превосходящая всё… Это — генерация, которая была в системе. Кто не хотел стать системным, тот был в дворниках или бомжах. Их либо убивали, либо сажали, либо выбрасывали на невидимые глазу просторы… Те все, кого нынешняя генерация знает и унаследовала, — это люди, которые так или иначе были в системе».

Об этом она сказала в интервью журналу «Країна».

— Что Вас больше всего удивило в этом году?

— Прежде всего, пробуждение российского общества. Это для многих стало неожиданностью. Хотя предсказать кризис путинской системы, которая за прошедшие 10 лет свой цикл исчерпала, можно было. То, что она трухлявая изнутри, стало понятно, когда начались международные иски к «Газпрому». И что весь этот большой газовый пузырек легко может лопнуть.

В России выросло поколение, для которого невыносима мысль, что так будет без конца и края, как 30 лет под Сталиным. Еще 12 лет видеть на экране Путина — это же половина жизни.

Сейчас заканчивается агония всей системы постсоветского капитализма. Нас это тоже самым непосредственным образом касается, хотя сердцевина системы — в России. И эти процессы ее краха могут проходить значительно быстрее, чем предсказывали профессиональные политические аналитики, которые всегда ошибаются. Одновременно это свидетельствует о том, что Россия — еще жива.

— Украина с ней может поменяться местами?

— Крах системы Путина не означает, что Россия резко перейдет к демократии. К ней не переходят одновременно и в один день. Россия по крайней мере на несколько исторических эпох позади нас на этом пути. У них очень крепкие традиции византийской государственности.

Украина спасает то, что у нас вообще нет традиции сильной власти. За века колониального опыта украинцев приучили жить отдельно от государства. С единственным к нему требованием — чтобы не мешало. И это нас отличает не только от россиян, но и, скажем, от белорусов. Те в трудных 1990–х возжелали вдруг обратно в колхоз. А украинцы взяли сумки и поехали по турецких и польских базарах, чтобы зарабатывать на себя. Так начался наш криминальный или полукриминальный бизнес. Украинцы не умеют объединяться, но анархический ген у них достаточно сильный.

Тоталитаризм нам никаким боком не угрожает. Как россиянам — демократия. Альтернативы путинскомедведевской условной стабильности у них есть очень неприятные — для Украины. Ибо если придут к власти нацболы (Национал-большевистская партия Эдуарда Лимонова, ныне запрещенная — UАргумент), то путинскую ФСБ придется вспоминать с ностальгией.

Но сейчас события в России открывают простор для ослабления давления на Украину. По крайней мере провокаций, которые последние 10 лет непрерывно происходят. Пусть они займутся своими проблемами, тогда у нас будет больше шансов заняться своими. А не только отбиваться. Не говорю, что нынешняя украинская власть сумеет этим воспользоваться. Но это касается всего украинского общества.

— А что разочаровало?

— Негативного много. В этом году немало ездила Украиной с выступлениями, презентациями — значительно больше, чем нужно для сохранения своего творческого покоя. Рассчитывала, что какая–то внутренняя мобилизация общества произойдет быстрее. А она идет очень медленно. Есть некий вирус общей прибитости. Не мобилизация внутренних ресурсов, чтобы самим защитить свою жизнь и организовать его, а высматривание кого–то, кто придет и скажет, как жить.

Каждый раз оторопь берет, когда писатели оказываются в этой функции. Понятно, что в любой ситуации общественного смятения нацию должны принимать на себя моральные авторитеты. Не состоялась бы Чехия, не будь Вацвала Гавела. И поляки со всей своей «Солидарностью» не были бы там, где есть, если бы не Иоанн Павел II, Папа–поляк. Целая нация имела такое большое моральное обеспечение. А наше выглядывание  открывает ворота для кучи мошенников и негодяев, которые придут и скажут «знаю, как надо» с достаточным металлом в голосе. И за ними потянутся, как дети за крысоловом в одной немецкой легенде. Это как в Евангелии: «придет много лжепророков».

Для меня хорошие украинские новости минувшего года — это сюжет из Черкащины, где местные партизаны выкурили назначенного им руководителя–«регионала». Силами местного сопротивления и определенной самоорганизации. Такие сюжеты свидетельствуют о том, что народ жив. А вот сказать, что он повзрослел, нельзя. Ни за 20 лет, ни даже за последние два, которые должны были, казалось, стать прекрасной возможностью для политического взросления.

— Юлия Тимошенко предложила возглавить единый список оппозиционных сил человеку уровня Лины Костенко.

— Лине Костенко 81 год. Она никогда не была общественным деятелем. Использовать ее в той роли, в которой два года назад выступала Тигрюля, с которой фотографировались, — это циничный и мошеннический пиар–ход. Наглость, превосходящая всё. Вот ставим во главе списка человека, которого два поколения знают со школьной скамьи, и он прикроет всех других, невидимых. Да оставьте в покое, не трогайте уже этих стариков. Левка Лукьяненко поюзали, Дмитра Павлычко — всех по списку, кого можно было, уже использовали.

— Но они соглашались на это?

— Это — генерация, которая была в системе. Кто не хотел стать системным, тот был в дворниках или бомжах. Кто–нибудь вспомнил, когда в 2007–м умер художник Опанас Заливаха? А в диссидентском движении шестидесятников это был большой моральный авторитет. Их либо убивали, либо сажали, либо выбрасывали на невидимые глазу просторы.

Те все, кого нынешняя генерация знает и унаследовала, — это люди, которые так или иначе были в системе. В социальном отношении они, словно младенцы в манеже. За пределами системы — не умеют быть собой. Никогда не знали, как на себя зарабатывать. Советский Союз издавал им книги и платил гонорары. То государство распалось, их логика: теперь Украина также должна издавать книги, но уже со свободой слова. И должна за них платить. Им нужна такая держава, которая бы их кормила. Национальная по форме, советская по содержанию. Поэтому и ведутся.

— А вам предлагали возглавить какой список?

— Предлагали все, кроме «Регионов» и коммунистов. На выборах 2006–го официально сватали в первую пятерку «Нашей Украины», где были потом Святослав Вакарчук, Руслана. Меня спрашивали журналисты, почему я отказываюсь. Мол, в парламенте есть шофер Ахметова, а вы не хотите Украину строить? Я объясняла, что писатель и политик — разные профессии. Они по–разному употребляют язык. Политик говорит то, что должен понять каждый. Писатель называет то, что еще висит в воздухе. Тебя прочитали сотня, тысяча, десять тысяч — это же власть, территория. Как только появляется своя читательская аудитория, электорат, как говорят политики, — есть соблазн. Хотя в действительности это не электорат — это люди, которые видят в тебе собеседника. От своих любимых авторов вы ждете новых книг. Переживаете потерю писателя, ибо он больше ничего не напишет. Это форма воздействия на сознание. Но не для «сейчас и здесь». Не для какого–то одноразового действия, как у политика.

—Чувствуете ситуацию излома? Многие люди говорят, что в  2012–м будут грандиозные перемены.

— Бесспорно, людям надоело. Нынешняя власть пришла для заполнения пустоты, поэтому и вынырнула советская и постсоветская плесень. Кулаком по столу, со словами «порядок и дисциплина» — иначе они не умеют управлять. Дороги и стадионы строят, в коррупционных схемах также держат порядок и дисциплину.

Это от того, что мы реально не проветривали авгиевых конюшен. В 1990–х быстренько уничтожили архивы КГБ, чтобы не знать, кто и куда стучал. Выросло поколение, которое не представляет, откуда страна вышла и что в ней плохого. Ведь вроде бы все нормально: свет есть, машины ездят, магазины не пустуют, в Турцию можно слетать, интернет работает — а плохо. Ибо это все — внешний костюмчик. Структура как была постсоветская, так и остается. Этот «пост» у нас, как жестянка на хвосте у собаки, все время барабанит и не дает выйти на другой уровень. Уровень системных реформ, которые сделали другие бывшие социалистические страны.

— Для этого нужна альтернатива постсоветским менеджерам.

— Если не будет прямого вмешательства со стороны нашего северного соседа, который здесь хочет киргизский сценарий провернуть, то альтернатива появится. Пока у нас советский колхоз с принципом «укради сам и другим дай украсть». Весь наш правящий класс из этого вышел, и он этот принцип консервирует.

— Вы говорили о Викторе Януковиче как о современном Леониде Брежневе. А сможет ли он перевоплотиться в Юрия Андропова?

— Нет, ибо для него это — другое измерение. Но это не значит, что у нас нет кандидатов в андроповы.

«Регионы» не заточены под одного Януковича. Эта довольно разнообразная группа выйдет на явь после 2012 года. Объединение людей не ради какой–то высшей цели, а для персональной выгоды рано или поздно становится криминальным. Та же логика всех наших политических партий, которые делят кусок чего–то — бюджета, рынка, электората, должностей. В таких группах внутренние разборки неотвратимы. После Евро–2012, когда значительные ресурсы будут уже освоены, начнется. Поэтому впереди у нас много грязного в политической жизни. Украинцам нужно меньше смотреть политические новости, а больше внимания обращать на детей. Читать хорошие книги, слушать музыку или просто смотреть на звезды. Это позволит сохранять ясность мыслей.

— А может, у нас и дальше элита будут меняться, а в стране ничего не будет изменяться?

— Так было в Греции. Они всё оттягивали, а затем упали вообще. Кризис глобальной экономики ускоряет крах украинского постсоветского устройства. Это сейчас Виктор Федорович в эйфории от своего доминирующего положения в государстве. Но вспомните эпизод с бутылкой воды, которую он достал из–под стола на пресс–конференции. Это жест нищего мальчика из убогого шахтерского барака. Дело не в том, сколько та вода стоит, а в том, что он носит свою водичку на пресс–конференцию. Как бедняк, который может обувать супердорогие ботинки.

— «Бютовцы» обвиняют «протывсихов» в судьбе Юлии Тимошенко. Как вы к этому относитесь?

— Это вполне «бютовская» логика — надо же на кого–то свою вину сталкивать, направлять общественное агрессию. Это также и логика Юлии Тимошенко. Девочка знает, как управлять классом: надо поссорить мальчиков в нем.

— Вам жаль Юлию Тимошенко?

— Жаль. Каждый человек стоит или уважения, или сострадания. Мне жаль и всех тех, которые оголтело летят на деньги и власть, творя на этом пути кучу зла. Еще Эрих Фромм говорил: ни один самодостаточный человек не жаждет власти, это от комплекса недостатка любви. Такому человеку внутренне необходимы аплодисменты. С этой точки зрения мне жаль Юлю. Она столько зла посеяла. Я не о газовых контрактах, энергозависимости — зло в плане духовного растления нации вирусом ненависти.

— Чего вы ждете от 2012 года?

— Я жду 21 декабря 2012, чтобы полюбоваться лицами тех, кто надеялся конца света. Они увидят, как их в очередной раз развели.

текст: Александр КУРИЛЕНКО, Игорь ЛУБЬЯНОВ
перевод: Анатолий БУРЫЙ