Соловьиный ответ Репало

31.05.2012 21:59:22

Поскольку письмо уважаемого Репало (с ну очень русской фамилией) адресовано «особливо щирим українцям», разрешите на него ответить.

Почему мне, украинке в Украине, пришлось учиться в российской школе и заканчивать российский ВУЗ? Почему три выпуска из четырех в Харьковском мединституте были союзными, и только один — республиканским? Почему в украинских вузах и техникумах преподавание велось на российском языке (до середины 19 века язык в России назывался российским — так, в опросных листах декабристов был вопрос: владеют ли они российским языком)?

Да потому, что Украина и Белоруссия, как славянские христианские и наиболее развитые республики в СССР усиленно русифицировались, чтобы с помощью их выпускников русифицировать население других национальных республик, которое знало только русский мат. Народы азиатских и кавказских республик не знали такого языкового прессинга. Даже после Спитакского землетрясения, когда в нашей больнице длительное время находились армянки с маленькими детьми, многие матери не знали русского языка, и приходилось прибегать к помощи других людей. Даже малочисленные прибалты вели свою документацию на национальном языке.

Поглощение Украины Россией давало возможность последней присвоить себе «русскость», историю, фольклор, её духовное наследие, так как «великость» её воплощали представители неславянских племен: татары Тургеневы, Толстые, Аксаковы, Басмановы, Баскаковы и прочие Абдуловы. Да и Пушкин с Лермонтовым отнюдь не «великороссы». А часть мордовского этноса — терюхане — вообще записались «русскими» (возможно, и Гундяев, собирающий «Русский мир» из их племени). Может быть, и Москва — Макша — мордовское название, т. е. такое ответвление этноса есть. Алексей Толстой, который Константинович, устами Тугарина говорил: «И только наевшись татарщины всласть, вы Русью её назовете».

А «великий и могучий», «общепонятный», как писал Д. С. Лихачев (академик!) в своей книге «Родная земля», облагорожен Пушкиным, Лермонтовым, Некрасовым и другими с помощью… украинского языка, а то до сих пор россияне говорили бы «теперича». А если вспомнить допушкинских писателей, то и «понеже», «дондеже».

Что же касается большинства перечисленных господином Репало стран, то, как правило, это бывшие колонии и вторым официальным языком остался язык оккупантов — английский и французский.

А недавно благополучные Бельгия и Канада разрывались по языковому вопросу. У каждой страны своя судьба. Финляндия тяготела к Швеции, и её столицу построил шведский король, между ними не существует визового режима. Латынь используется Ватиканом в церковной жизни, Израиль основан на земле Палестины, и евреи на арабском не говорят. В Ираке же существует курдская этническая группа. Маленькие многоязычные Швейцария и Люксембург состоят из национальных земель.

В бытность Чехословакии её населяли не чехословаки, а чехи и словаки. Не то что в Союзе, где варился так называемый «советский человек», оказавшийся «совком» без роду–племени, а значит, — безнациональное, бездуховное, бескультурное существо, служака имперской системы, результат чего мы и имеем в Украине. Оккупационный режим разорвал последовательность развития нации, привил социальный (социалистический) «госпитализм» с его шаблонным ограниченным мышлением, подчиненным диктату оккупанта. Самое время вспомнить Радищева: «Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй», — и кусаяй — добавим мы от себя, с помощью децеребрированных земляков.

Путин спит и видит растворенную Украину, и в этом ему регионалы помощники. Хотя не факт, что в ближайшем будущем великая Россия не станет маленькой.

С уважением, Галина ПЕДЧЕНКО,
г. Харьков