О войне во имя мира

26.10.2012 20:47:18

Осенью 1941 года наши, отступая, оставили в лесу, рядом с селом, шрапнельные снаряды. Их обнаружил Вася и начал скручивать из них какие–то часики. Его разорвало на куски. Мать собрала части тела в ящик и похоронила мальчика в саду под вишней. Мой друг Борис, родственник Васи, как–то рассказал, что его бабушка говорила, что над Васей «висел рок». Я не знал, что такое «рок», но погиб по глупости этот замечательный мальчик в неполные 14 лет.

Мое село Великий Бобрык находилось под оккупацией полтора года, в конце 1943 нас освободили на две недели, а потом наши опять отступили, и еще почти полгода мы были под оккупацией. Но я эти полгода не был дома, отступил с нашими, попросился в армию. Меня взяли ремонтировать обувь солдатам. Через три месяца меня отправили в тыл. Я попал на Курский мясокомбинат, где работал на подсобном хозяйстве.

После освобождения нашего села в августе 1943 года, вернулся домой и застал удручающую картину: больная мама с сестрами жили в сарае, коровку забрали, у нас практически не было жилья и еды. Нельзя вспоминать без горечи этот период жизни.

Первую оккупацию я хорошо помню. Осенью был староста, комендант с денщиком и переводчицей, полиция. Уже начались заморозки, когда стали делить скошенный хлеб по едокам. В каждом дворе молотили хлеб, потом мололи его на крупорушках. Колхозы не приватизировали. Молодых и взрослых заставляли работать, платили зарплату. Использовали советские рубли и немецкие марки. 10 марок равнялось 400 советским рублям. Бывало, отец пошьет новые сапоги, и ему платят 400 рублей или дают пуд хлеба.

Работали школы до четвертого класса. Учебники были советскими. Где было слово «Сталин» — зачеркивали, а если портрет — вырывали лист. Ленина не трогали.

Была открыта церковь. В нашем селе церковь красивая. На Пасху мама отвела меня туда, и там очень сильно и красиво пел хор. Комендант со своим адъютантом посещал церковь.

В начале 1942 года с Донбасса в село вернулся мастер, который запустил газогенераторную установку, она стала крутить электрогенератор, и у нас в селе появился свет.

Однажды ночью пролетел наш самолет и сбросил три бомбы. Одна попала под домик, где жила мать с сыном и молодой невесткой. Все они погибли, власть хоронила их.

За освобождение моего села в августе 1943 года полегло 227 солдат и офицеров, и 8 девушек. В селе 800 дворов было до войны, и на обелисках высечено почти 800 фамилий. Большое горе постигло моих односельчан и тысячи других жителей сел и городов СССР от этой жестокой, кровавой и бессмысленной войны.

Бессмысленной, потому что получили воюющие державы от неё? Все остались в своих границах, Германия второй раз была унижена и опозорена, её разделили на части, а столицу — на зоны. По данным статистики, 50 миллионов жизней унесла эта проклятая война. Львиная их доля — молодые и здоровые люди. А сколько калек?

А ведь можно было бы избежать этой жестокой бойни, если бы наш «мудрый и великий отец всех народов» вел правильную и мудрую политику. Уже позже узнали мы, что через север (Мурманск) к нам приехала делегация из Франции и Англии. Она состояла из высоких военных чинов, которые прибыли по распоряжению своих правительств для зондирования, а после и для начала переговоров на высоком уровне. Сталин поручил вести переговоры «слесарю Климу». Очевидно, по указанию Сталина, Ворошилов объявил делегациям, что они недостаточно компетентны. Переговоры зашли в тупик, за что мы потом жестоко поплатились.

Зато подписан «Пакт о ненападении» с бесноватым фюрером, так называемый «Пакт Молотова–Риббентропа». Ефрейтор–социалист Гитлер заверил своего коллегу социалиста–интернационалиста Сталина, что, мол, не нападет на него.

Существует золотое правило: «Если у тебя появился враг, ищи друга». Сталин этого не захотел делать, а поверил человеку, который стремился к мировому господству. Эта недальновидность очень дорого обошлась многим народам.

Я думаю, что, если бы министром иностранных дел был Литвинов, может быть, по другому бы сложилась судьба СССР. А Молотов во всем поддакивал Сталину, недаром Никита Хрущев присоединил его к четверке (позже сюда еще примкнул Шепилов), которую сбросил со всех постов. Поделом стратегам–неумехам! Видно, заслужил этого Скрябин–Молотов.

А потом объявляют, что фашистская Германия неожиданно напала на Советский Союз. Где же огромная армия разведки? На другом полушарии нашли Троцкого и убили, а тут после раздела Польши «ничего» не видели.

Мне пришлось читать первую книгу «Помни войну» В. С. Петрова. Он окончил Сумское артиллерийское училище, до войны служил в Новоград–Волынском. В 1943 г., в звании капитана артиллерии, при форсировании Днепра он потерял обе руки. После лечения продолжал воевать, дослужился до генерал–лейтенанта.

Издательства не хотели печатать его книгу, лишь только «Укрполитиздат» согласился. В ней Петров рассказал, что с той стороны приходили люди и говорили, что там немцы копят силы и нападут на нас, а их считали шпионами и паникерами. Как позорно отступали, тянули свои орудия по лесам и болотам ночью! А немец разъезжал по дорогам.

Вскоре эту книгу подвергли критике большие начальники, которые тоже писали свои мемуары. Петрову пришлось переделать книгу. Все большие начальники начали писать мемуары, в основном, с 1943 г., до этого войны как будто бы и не было. Петров же описал начало войны с её жестокими неудачами, потому что встретили войну без подготовки и не организовано.

Надо было поучиться у Финляндии, как встречать агрессора! Советский Союз потерял только убитыми 150 тыс. красноармейцев и командиров. А сколько раненых, обмороженных! Финны убитыми потеряли в 6 раз меньше. А ведь пишут, что мы перешли на новые линии обороны, не сумев их построить, а старая линия пришла в негодность. Стратеги!

Расстреляли командующего Западным фронтом генерала Павлова за то, что на шестой день войны был взят Минск. Пусть на меня не обижаются белорусы, я их люблю, но за что дали Минску звание города–героя, не пойму. Одесса оборонялась 80 дней, Севастополь — 250 дней, это — истинный героизм. Киев не был взят немцами. Только после того, как одна танковая армия из Минска, а другая из Кременчуга пошли в отход с Юго–Западного фронта и замкнули на Сумщине, весь Юго–Западный фронт был окружен. 660 тыс. солдат, офицеров и генералов попали в окружение. Уходя из окружения на Восток, генерал Кирпонос, командующий фронтом, был смертельно ранен.

Вот почему 6 млн. солдат, офицеров и генералов побывали в плену. Сталин их всех назвал предателями, но разве виноваты люди в том, что оказались плененными? Это их не вина, а беда. Виноват тот, кто руководил государством, командовал войсками.

Как–то на одном телешоу друг и однопартиец Жириновского, Митрофанов, сказал: «Русские не виноваты, что были голодовки, войны. Руководил страной грузин». Метко сказано.

Дорого обошлась Вторая мировая война СССР. Где–то в 1947 г. мне в руки попала брошюра, перевод со шведского, о том, что Советский Союз потерял в войне 27 млн. человек, а Германия — 10,4 млн. Сталин сказал, что потери наши — 20 млн. человек и всё. До сих пор коммунисты повторяют эту цифру и прославляют вождя, как мудрого и великого. Первый и последний президент СССР Михаил Горбачев также подтвердил эту цифру в 27 млн. человек.

Попробуй убедить наших украинских коммунистов во главе с Петром Николаевичем Симоненко в этом. Они не согласны до сих пор. Кстати, мне нравится Симоненко. Он — истинный патриот Украины, озабочен увеличением численности населения страны. Постарела жена, не стала производить потомство, он женился на молодой и продолжает увеличивать население Украины до 50 млн человек.

В своей предвыборной агитации коммунисты утверждают, что, когда придут к власти, вернут фабрики и заводы государству. А государство — это мы. Землю — крестьянам. Так, а землю–то раздали крестьянам, а теперь призывают организовываться в артели. На какой дьявол надо было разорять колхозы — не пойму. Они верят в то, что можно построить коммунизм в отдельно взятой стране, а, может, даже и во всем мире. Они — мечтатели.

В далеком 1949 г. я посещал кружок политучебы. Я был любознательным комсомольцем. Как–то на одном из занятий я спросил преподавателя: «Если построим коммунизм, что будем строить дальше?» Вразумительного ответа я не получил, зато через несколько дней меня в коридоре конторы увидел секретарь парткома и грозно сказал: «А ну, зайди ко мне в кабинет!»

Я зашел. Он начал:

— Ты чего задаешь дурацкие вопросы?

— Какие, — неуверенно проговорил я.

— Какие–какие? Сам знаешь, какие! — метал громы и молнии парторг. — Иди и не болтай больше!

Я вышел из кабинета и подумал: «Нельзя после коммунизма ничего строить. Он вечный».

Через дюжину лет я вступил в партию, она называлась КПСС, а не ВКП (б). В партии были люди, которые верили в то, что можно построить коммунизм, а были и те, которые умели красиво говорить, выдвигались на должности, а потом вырастали в вождей. У нас в Украине вождем стал Симоненко, а в Крыму — Грач.

СССР своими коммунистическими идеями страшил западный мир, они нас не просто опасались, а боялись. В результате, вскоре после войны был воздвигнут «железный занавес», усилилась гонка вооружений. Безрассудно проводились испытания атомного, а потом и водородного оружия. На эти цели уходили огромные средства. Чуть не дошло до Третьей мировой войны, которая принесла бы человечеству неисчислимые бедствия и страдания. Слава Богу, до этого не докатились. Схаменулися!

Не восьмерка и не двадцатка развитых стран решит проблему человечества. Надо не меньше половины стран планеты собрать в стенах ООН, чтобы их главы дали клятвенное обещание от имени своих народов, что не допустят войны и создадут единую мировую армию, а если где и возникнет конфликт, — разберутся и строго накажут виновников.

Огромные средства, которые тратятся на вооружение, можно и нужно использовать для облагораживания нашей родной Матушки–Земли. Можно облагородить пустыню Сахара, построить там благоухающие города–сады, куда жители северных стран могли бы ездить на зимовку, по принципу перелетных птиц. Этим уменьшим расход топливно–энергетических ресурсов на отопление жилищ.

Вообще, человечество живет по принципу: «После нас — хоть потоп». Какую Землю мы получили от наших предков, а какую сдадим потомкам?

После нас будут жить люди. Или поверили в конец света и теперь устраиваем пир перед чумой? Загадили Землю, воду, воздух, пока планета все это терпит, но у неё может лопнуть терпение, за варварское отношение к себе она еще накажет. Планета чувствует человеческое отношение к себе.
Люди! Земляне! Побойтесь Бога и, пока не поздно, опомнитесь. Во имя поколений!

Н. С. Левченко,
г. Светлодарск