Как с этим жить? Он — враг народа?

12.11.2013 21:05:14

Посвящаю репрессированному и реабилитированному после смерти его Тарасову Степану и его семье.

Отрывок из поэмы «Святая и грешная»

Автор поэмы — Лилия Коптилова–Тарасова

…….

Меня малюткой бабушка моя,
Зимой в сарай к скотине бросив,
Хотела, чтоб съели крысы, свиньи там меня…
Да мамочка спасти меня успела.

Мой папа — красавчик был!
Учился в институте!
Любили, уважали все его.
Он сын героев Революции!

А дочь чиновника — землячка Миши…
Красивой, капризной девочкой была…
Гулящей, но умною студенткой.
И в Мишу (папу) сильно влюблена была!

Она грозила земляку:
— Коль замуж не возьмешь,
То пожалеешь скоро!
Я дважды не прошу,
За это тебе я отомщу!
Одумаешься — но будет поздно!

Вот и чиновник — наш земляк…
К отцу студента прикатил он в гости…
Да не в гости, а сватать прикатил…
Невеста — дочь его, уж замуж,
Уж замуж за Мишу выйти хочет!

Вот посидели у Степана… Погуляли… На гармони поиграли… Собрались мужчины по домам, а их чиновник просит: — Друзья! Я ведь заехал сюда не зря… Сосватать детей задумал я… А вы свидетели мои! Так помогите мне в этом деле! Степана, Пелагею уговорить! Детей сосватать и поженить! Ну, землячки родные, помогите!

— Нет! Не могу я сына сватать! Рано жениться–то ему! Пусть учится! Жениться всегда успеет. Да и невесту еще не выбрал, по всему!

Взбесился разом тут чиновник. Багровым стал и нос, лицо… И он кричал, махал руками: — А дочь моя ему–то кто?

Кричал чиновник очень долго. С ехидством, с угрозами кричал: — Ну, я запомню это! — и мигом к машине побежал. Еще кричал, кричал он долго… руками все махал, махал, махал…

Какой чудесный вечер был, пока чиновник к ним не подкатил… мужчины ели, пили, пели и плясали, о чем–то весело болтали, хозяйка угощала пирогом. Компотом пирожки мужчины запивали. И снова пели, танцевали и болтали, пока чиновник к ним не подкатил…

Хозяйка стол всё накрывала… И всех гостей с улыбкою встречала. Несла картошку, мясо, пироги, компот, вино, салат всем подавала, сама при этом тихонько напевала: — Как же я люблю Степана! Как же счастлива я с ним! Как люблю его весёлого такого! Какой же он красавчик у меня!

Смеялись гости все, мужчины: — Ну, Стёпа, — молодец! И на работе ты удалый! Смелый! И жинку любишь, словно с ней идёшь ты под венец! Какой же, Стёпа, ты просто, просто молодец!

…Прекрасно жили эти люди! Они боролись за светлое, счастливое, мое, твое! Да видно, всех–то не добили, кто унижает и вытирает ноги об народ?!

Ну что сказал Степан ему в тот вечер? Ну, правду! Степан ему сказал: — Пусть учатся!.. И сами разберутся дети! А мы спокойно, мирно отдохнем!

Нет! Не получилось мира. Чиновник военный озлоблен очень был. Он унижал. Он угрожал Степану, кричал он долго–долго: — Попомнишь ты меня, Степан! Да очень поздно будет!

А ночью черный «воронок» к калитке Степана подкатил… Сорвалась дверь с крючка! Жену столкнули… Степана в черный «воронок» запихнули. И в неизвестность увезли его тогда…

Кругом жена Полина бегает с вопросом: — Куда? За что? За что Степана увезли???

Везде ответ: — Он враг народа! В Сибирь! В Сибирь ему дорога! — с ехидством повторяли ей.

Студента Мишу отчислили из вуза. Он сын врага народа. И нет места ему здесь! И Миша возвращается в любимый город. — И что с отцом? Ведь он героем был?

А тут и мама его встречает. В слезах, в рыданиях она. И Мише все подробно сообщает. Как ночью «Чёрный ворон» отца забрал. Не знает она: — Куда? Куда? Куда?

Кругом она ходила и просила: — Ну, Стёпушка не враг, а он — герой!

А ей везде одно твердят: — Он враг народа! Не ходатайствуй за него! А будешь бегать и кричать — в Сибири места много! Найдется место и для тебя, и для сыновей твоих! И будете там гнить вы долго, долго, затем зароют в вечной мерзлоте. Вот так.

А Мишу — отчислили его из вуза, теперь работы, и места в жизни ему нет. Везде он ищет правду. И ищет он работу. Везде ему ответ: — Ты — сын врага народа!

А старший сын — не враг народа! Ему и слава, и почет! Работает в заводе главным инженером. А дома: жена и мать с дочуркой его ждут. Вот так живут под общей крышей — два брата кровиночки одной. Один купается в почете, в славе. А сын «врага» — другой?!

Ему закрыты всюду двери. Учиться и работать не дают. Везде он «сын врага народа!». И нету места для него. Искал работу он повсюду. Везде отказ, отказ ему. И вспомнил он угрозы землячки с того вуза: — Я ж не прощаю ничего! И помнить будешь очень долго! Но поезд твой ушел давно!

Работы не нашёл наш Миша. Зато девчоночку нашел. Девчоночку красивую такую, что на другой день — украл ее. Она училась в техникуме с сестрою. Скромна… Мила… Застенчива была! Она с занятий возвращалась, с сестричкой… две «морячки», две сестрички. В бедной семье она жила. Украл… увёл её он от сестрицы. Привёл, в чём встретил он её. И жить её оставил навечно. Детишки родилися у неё.

А Миша без работы. Его повсюду унижают. А старший брат содержит свою… его семью. И маму тоже. Миша с жизнью хотел покончить. Ему работы нет нигде. Его семья от этого страдает. Брат и невестка — они семью его не обижают, но где же справедливость? За что страдает он? Ловил нам папа птичек. И строил клетки им. На рынке он птичек и клетки продавал. За это получал гроши, копейки…

А бабушка в панике была, когда зимой я родилась… Решила избавиться от «живого мяса» — от меня, чтобы сыночку Мишеньке помочь. Ведь нет работы и денег у него. Меня забросила она в сарай холодный. И на съеденье крысам, свиньям отдала меня… Сама сбежала… В поле убежала, чтобы не слышать стонов, криков… И чтобы не видеть «живого мяса» от меня…

Сама природа разбушевалась… Метель! Пурга! Пурга мела, мела… А бабушка от страха убегала… Кричала… Плакала…рыдала…

— за что ж я в Революцию сражалась? Коль жизни нету у меня?

Её нашли в снегу лежащей в поле. На санках люди из села Божковка привезли. Она в бреду кричала и стонала: — Ребёнку помогите! Малышке помогите! Убила я ее! Скорее помогите! Скорей! Скорей её спасите! Скорей коней ко мне домой гоните!

Её узнали эти люди. И не поверили её словам. Ведь Полина сражалась за свободу в Петрограде. Убить ребенка она никак уж не могла! Ямщик погнал кобылку молодую. И сани быстро примчались к её двору. Она кричит: — Спасите! Малышке помогите! — и затихает от бреда вновь.

А в доме было тепло и тихо! Невестка Аня, успокоив мать: — Всё хорошо, родная мама, Лилечка и Сашенька вдвоём лежат.

— А что случилося со мною?

Мама промолчала. А только плакала, тайком рыдала и кроху обнимала.

А ночью кроха заболела. Горела вся… была в бреду… Врача привёз на санках папа. А врач: — Как кроху застудить смогли? Таких мамаш сажать в тюрьму!

Что я «кусок живого мяса» — слыхала мамочка не раз. Но чтобы на съеденье бросить? Ужас! Не укладывалось такое в голове в тот час…

В больнице маму все ругали. Врачи сражались за жизнь мою. А мамочка ночами на коленочках стояла, молилась Богу за жизнь мою. Свекровь в больницу каждый день ходила. Гостинцы носила нам. И перед дверью она крестилась, и молилась: — Господи! Простите и помогите нам!

Два месяца в больнице мы лежали. Два месяца врачи боролись за жизнь мою. Два месяца мамулю проклинали лежащие в палатах и все врачи. Свекровь приходит со слезами. Прощенье просит она у всех. Все смотрят на неё с недоуменьем — невестку Шуру целует она при всех!

А Шура свекровь младую понимает… И мужа понимает от всей души. Но кто решился на такое? Не знает Шурочка досель.

Вот вылечили кроху! И грудь мамули с жадностью берёт. Свекровь и муж приехали за ними. Свекровь пред Шурой на коленях… Прощенья просит. В больнице перед врачом она встает: — Спасибо Вам! Спасибо Шуре! За внучку малую мою! Простите! Простите… ради Бога! Пред всеми я грешна, во всё виновна только я. Простите, ради Бога!

В больнице картину эту не забудут… А Шурочка, обняв свою свекровь: — Мамочка, встаньте Вы с коленей! Мамочка, да Вы святая и вовсе не грешна! Вы думали о сыне и о муже… вы думали: за что сражались в Петербурге там? А Вас подставили… Убили Вашу веру… Врагом назвали мужа, сына, Вас???

Степана — мужа бабушки — в Сибирь сослали. «Врагом» его назвали. А ей, Полине, приказали замолчать. И сыновей судьба их разбросала: «Сын врага народа» Миша в войну уехал Родину спасать! Погиб он без вести пропавшим. Он защищал Отечество свое. Ему и всем другим погибшим слава! И слава всем, кто помогал в тылу!

А старший брат — хороший инженер завода. В войну с заводом с Енакиево отправили в Сибирь. Военную броню ковать. Солдатам помогать. Там получил заслуги он большие. Директором металлзавода стал. Он в Забайкалье проработал 20 с лишним года. Из них он 20 лет директором примерным был. Его любили. Очень уважали. Потом забрали в г. Тихвин, в Ленинград, завод какой–то поднимать. И там директором он много проработал. Да, смерть трагична.. Неизвестна… Его под Ленинградом в лесах болотных смерть нашла. А память о нём хорошая осталась — в Петровске–Забайкальске его любили все. И много хорошего он сделал для народа. Ведь 20 лет директором примерным был. Построили они дворцы и школы, и стадион, каток большой. Больницы, детсады и магазины, и всё, что нужно для народа своего. Жена — заботливая Анна. Скромна, заботлива она. И мужа любила безупречно. И верной женой она ему была.

А на заводе в войну работали все вместе. И дети… и старики, и молодёжь! Броню! Броню они ковали! И день, и ночь! И день, и ночь! Наград у дяди Коли — их немало! Москва и Киев! Ленинград! Сибирь! И в Тихвине оставил большую память — отстроил новый он завод! Он написал немало книжек о металлургии своей родной. Ведь инженер он, родом из Донбасса! Точнее, завод «Енакиево» (ЕМЗ), как говорил — завод его родной!

И бабушка в войну была с его семьей в Сибири! Поближе к мужу своему.. Но напрасно ждала бабуля встречи с мужем… Здесь «очи» и «уши» чиновника того…

А наша мама в войну одна с малютками осталась. Куда ей ехать? И зачем? Что будет — так и будет! Не изменить теперь судьбы своей! Как жила она в войну? Я много–много о ней уже писала в газетах «UАргумент» и в «Сборниках» своих большой роман я посвятила маме…

Вот сколько нас на белом свете — вот столько правды. У  каждого она — своя.

И хорошо, что есть газета «UАргумент», в ней мы говорим — о правде этой! И за это «UАргумент» благодарим!

Лилия Коптилова–Тарасова,
г. Енакиево