«Вечернему Мариуполю»

26.05.2011 13:23:27

Меня крайне огорчило появление в вашей газете статьи Виктора Вереникина и Павла Мазура под названием «Сколько лет Мариуполю?». Огорчило некорректностью высказываний…

Виктор Вереникин и Павел Мазур, например, пишут следующее о моей статье, размещенной ранее в вашей же газете: «Несмотря на громкий заголовок, никаких новых, тем более «сенсационных», фактов автор не приводит. Он просто излагает материалы, взятые из книг ряда краеведов города, в частности Н.Г. Руденко, П.И. Мазура, при этом, забывая упомянуть их имена».

Я хочу еще раз напомнить, что основные тезисы моей статьи были опубликованы еще в 1995 году в газете «Приазовский рабочий». В этот раз было добавлено письмо историка Петра Лаврива, которое хранится у меня, и нигде и никем до меня не цитировалось. И в котором содержится, действительно, своего рода, сенсационная информация.

Кроме того, я обратил внимание читателей, например, на то, что некоторые краеведы, пытаясь доказать неисторичность и временность нахождения в Кальмиусе казаков, указывают, что в Кальмиусе была походная церковь. И почему-то хотят отвлечь внимание читателей от того факта, что походная церковь была прислана в Кальмиус на время строительства новой церкви взамен обветшавшей старой!

Что касается авторства Н.Г.Руденко и П.И.Мазура, то хочу сказать, что работ П.И.Мазура на эту тему мне вообще не доводилось, к сожалению, видеть. И поэтому я не мог ничего брать из его книг, если таковые на тот момент были. Читал я только вступление Павла Мазура к книге Л.Н.Кузьминкова «Переселение крымских греков в северное Приазовье в 1778-1780 гг.», где он, походя, уже оскорблял меня. Сама книга члена совета Мариупольского общества греков Л.Н.Кузьминкова, изданная в 1997 году, была ответом на мою статью в «Приазовском рабочем», и мне лично там было посвящено, если не ошибаюсь, глав восемь. Одно хорошо там было, что не один я там попал «под раздачу». Например, под такую: «Все это воспринимается анахронизмом, возвращающим нас к тезисам Клименко 1959 года. А также к позициям Д.Н.Грушевского и Н.Г.Руденко, таким же двойственным, как и позиция Герасимчука».

Или: «Несостоятельность мотивировки (А.М.Черногора в статье, опубликованной в 1971 году в «Українському історичному журналі») (совпадающей с мотивами Герасимчука в анализируемой нами статье) очевидна… Как видим, опасения Черногора и Герасимчука лишены оснований».

Или: «К сожалению, заблуждение относительно существования «города Кальмиуса» разделяет не только Герасимчук, но и писатель-краевед Л.Д.Яруцкий».

Так вот, Л.Н.Кузьминков в своем труде указал библиографию из 76-и исторических источников, но, кстати, ни Виктора Вереникина, ни Павла Мазура там не значилось.

Н.Г.Руденко в своей статье я упоминал, сознательно не называя его фамилии: «И уже в 1978 году во втором издании книги о городе Мариуполе у Дмитрия Грушевского появляется соавтор, и вместо (обратите внимание — не после, а вместо!) слов о том, что Мариуполю почти четыреста лет, появились слова такие: «Статус города он получил двести лет назад — в 1778 году»… Соавтором Дмитрия Грушевского в 1978 году стал Николай Руденко. И все, кто знал о той книге, конечно, знали, о ком я говорю.

Виктор Вереникин и Павел Мазур пишут, что «А.Герасимчук позволил себе бросить тень на добросовестного учёного, известного краеведа, Р.И. Саенко…». Но, во-первых, газета опубликовала мою статью, давно написанную для «Обозревателя», без согласования со мной и коррекции, повязанной с фактом смерти Р.И.Саенко. Уже немножко в другом виде эта же статья была опубликована позже в газете «Ильичевец» — но об этом в газете «Вечерний Мариуполь» почему-то ничего не было сказано. Во-вторых, если письмо Лаврива – это тень, и его, значит, ни в коем случае нельзя было публиковать, то, извините, это значит, надо умалчивать о позиции не менее известного человека.

А с Реной Ильиничной я и при жизни часто полемизировал, и, тем не менее, имею от нее дарственный экземпляр брошюры (фото прилагаю), о которой упоминает Виктор Вереникин и Павел Мазур: «…сейчас на месте Мариенполя находится село Новопавловка, а не город Павлоград. Эти и многие другие интересные факты А. Герасимчук мог бы почерпнуть из брошюры Р.И. Саенко «Из истории основания города Маріуполя».

Да, о том, что на месте бывшего г.Мариенполя сейчас село Новопавловка Днепропетровской области, Р.И.Саенко пишет на странице 10 своей брошюры. Но на 11 странице этой же брошюры написано: «Г.Павловску присваивалось название Мариуполь, а г.Мариенполь на р.Волчьей получил название Павлоград». Здесь, между прочим, тоже интересный момент, в котором путаются практически все историки, пишушие на эту тему. Как пишет Тимошевский в книге «Мариуполь и его окрестности», под город Мариенполь определялось сначала устье реки Солоной недалеко от впадения ее в реку Волчью. Потом так и непостроенный город Мариенполь назвали Павлоградом. А в 1784 году указом определили, что город Павлоград будет в устье реки Волчьей, недалеко от впадения ее в Самару. Вот такие фокусы…

Кстати, если вышеупомянутая книга Л.Н.Кузьминкова, изданная в сентябре 1997 года, была ответом на мою статью в «Приазовском рабочем» от 8 сентября 1995 года, то брошюра Р.И.Саенко, подписанная в печать 28 декабря 1997 года, была фактически ответом на книгу Л.Н.Кузьминкова, ну и, по факту, получается, заодно и на мою статью. Вот какой эффект когда-то мне довелось произвести одной статьей – две книги по истории Мариуполя.

Виктор Вереникин и Павел Мазур утверждают: «Удивляет очень лёгкое отношение А. Герасимчука к историческим фактам, например, к Жалованной Грамоте Екатерины II от 21 мая 1779 года. Сразу видно, что автор не читал этот документ, иначе бы не допустил трёх грубых неточностей буквально в трёх строках. Так, он утверждает, что «Екатериной была подписана грамота на переселение греков в Павловск из Мариенполя, нынешнего Павлограда Днепропетровской области». В действительности же в Грамоте вообще не упоминается Павловск (ныне Мариуполь). Кроме этого греки не поселялись в Мариенполе (в грамоте – марїанополь). На зимнем постое они находились в Самарском Пустынно-Николаевском монастыре, а также в сёлах и хуторах вблизи реки Самары».

Уважаемые Виктор Вереникин и Павел Мазур. Ваша формулировка «На зимнем постое они находились в Самарском Пустынно-Николаевском монастыре…» тоже ведь не выдерживает никакой критики. Во-первых, греки были там не только на зимнем постое, а жили два года. Во-вторых, сколько греков, которые заселили город Мариуполь, и территорию сегодняшних 10 районов Донецкой области – сколько их могло поместиться в монастыре? Как пишет Тимошевский в книге «Мариуполь и его окрестности» «Самарский монастырь в 1778 и 79 годах принял большое участие в переселенцах – все больные из них, все хилые и престарелые имели приют». Чувствуете разницу – все греки, или все больные?

Что касается Грамоты, то я ведь не утверждал, что именно в Грамоте упоминался Павловск. Я писал по факту произошедших действий. В период с 1778 по 1780 год греки жили примерно в районе нынешнего города Павлограда. В 1780 году они были переселены в город Павловск, переименованный в Мариуполь. Кстати, если быть еще точнее, то факта переименования, наверное, и не было. Был Павловск – и не стало его. Был в натуре – не стало на бумаге. Прибыли греки – и появился на картах Мариуполь…. О причинах такого странного явления я писал ранее.

Еще по Грамоте – да, я немножко упростил ситуацию, исходя из того, что именно грамота Екатерины некоторыми признается за факт отсчета истории Мариуполя. Хотя на самом деле, да, конечно, было несколько документов, в том числе указ от 24 марта 1780 года из Азовской губернской канцелярии, который гласил: «Город их наименовать Мариуполь, который построить либо на берегу Азовского моря при устье реки Кальмиус, или при устье реки Соленой… Земское же правление уезда учредить в крепости Петровской (устье реки Берда)…»

Как мы знаем, в крепость Петровскую греки не пошли. То есть, я хочу сказать, тогда было столько путаницы в указах, грамотах, и прочих документах, что не каждый историк сейчас достоверно укажет, как было тогда все на самом деле. Достоверно одно: греки ни в 1778, ни в 1779 году в Мариуполе не были. В Мариуполе (тогда Павловске, ранее Кальмиусе, еще ранее – Домахе) жили другие люди. Люди, которые тоже имеют право на историю. Историю с чистого листа не надо писать там, где она уже была написана – это аксиома. В противном случае рано или поздно возникают неприятности для тех, кто хочет на неправде что-то себе построить.

С уважением, Анатолий ГЕРАСИМЧУК.

P.S. Я слышал, что Павел Мазур недавно издал книгу «Кальміуська паланка: не легенда, а дійсність». Главы из этой книги я нашел на сайте газеты «Україна козацька». Меня не могли не поразить там некоторые моменты. Например, Павло Мазур пишет: «У 1754 році київський митрополит Тимофій Щербатський писав начальникові запорозьких церков ієромонаху Макарію про необхідність спорудження в Кальміусі «походной церквы во имя святителя Христа Николая».

16 травня того ж року полковник Кальміуської паланки Андрій Порохня письмово повідомив кошового отамана Данила Стефанова про те, що ним вже заготовлені всі необхідні матеріали для спорудження церкви і придбано церковне майно. Тоді ж і було розпочато будівництво Свято-Миколаївської церкви». То есть, Павел Мазур утверждает, что в 1754 году была заложена новая церковь. А на самом деле, повторюсь, полковник Андрей Порохня обращался в Кош с просьбой прислать лес для ремонта церкви, пришедшей в ветхость. «Для той же церкви, — пишет Г.И.Тимошевский в книге «Мариуполь и его окрестности», — и в том же году Тимофей Щербацкий, митрополит Киевский, послал походный антиминс и благословил грамоту на ее освящение». «Кош, — как писал еще один мариупольский краевед Лев Яруцкий, — отправляя все это с начальником Самарского монастыря в Кальмиус, поручил ему взять в Сечи древнюю церковь, везти ее в Кальмиус и туда поставить для литургии, пока новая не будет построена».

Зачем Павлу Мазуру такое искажение фактов? Для чего? А ведь его книга будет предложена, как я понимаю, школам для уроков краеведения. Зачем же и кому понадобилось такое усечение истории Мариуполя?

http://www.vecherka.com.ua/news.php?full=890