А кто был основателем Юзовки?

16.04.2014 19:44:34

Окончание. Начало здесь

После строительства металлургического завода, к западу от него в 1880–х годах был построен поселок Александровка — примерно в районе цирка. Планировка прямоугольная и была выполнена англичанами. Соседние поселки: Стандарт, Ларинка и Смолянка. О происхождении названия поселка Смолянка мы уже немного разобрались — Джон Юз, приехав  на территорию нынешнего города Донецка, поселился в арендованном у помещицы Смольяниновой доме, там же построил кузницу, потом Смольянинова продала ему всю свою землю. Смолянка и Смолгора — это память о помещиках Смольяниновых, бывших владельцами земли здесь задолго до Юза.

По поводу кузницы. Сохранилась самая ранняя фотография из истории Донецка (фотографа Б. Стесина) — одиноко стоящая хата, в которой Джон Юз устроил кузницу. Историки привязывают ее к поселению, которое именовалось как Овечий хутор —  у впадения реки реки Бахмутки (Скоморошиной) в Кальмиус, то есть там, где ныне располагается Донецкий металлургический комбинат.

Исток Бахмутки находится в окрестностях Ветковского пруда. Протекает она по территории Куйбышевского, Ворошиловского и Ленинского районов Донецка.

В 30–е годы XX века в русле реки сооружен каскад искусственных водоемов для обеспечения города технической водой. На правом берегу расположен городской Центральный парк культуры и отдыха имени А.С. Щербакова.

В долине реки в Киевском районе Донецка находится урочище Бахмутка, ограниченное тремя терриконами и железнодорожной веткой, идущей на Донецкий металлургический завод..

Урочище Бахмутка с зеленым массивом балки Безыменная от Ветковских прудов до парка Щербакова — одно из немногих мест в Донецке, где сохранились естественные ненарушенные почвы.

Ниже по течению после Первого городского пруда река уходит под землю. Она идет в обход территории Донецкого металлургического завода и поднимается на поверхность рядом с «Городком улыбок» на территории парка завода. Во время строительства завода река была спрятана в бетонное русло, кольца и тюбинги. По словам  донецких диггеров, можно пройти треть длины подземного течение реки, после чего находится водопад, высотой три–четыре метра и путь далее прегражден камнями и кусками бетона. Водой из реки питается свето–музыкальный фонтан, находящийся на территории парка. За пределами завода река впадает в Кальмиус.

Недалеко от поселка Боссе, как раз на месте, где был Овечий хутор (район больницы № 6, шлаколечебницы, ул. Клиническая, 11), сегодня стоит в развалинах старинный кирпичный дом бывшего управляющего Юзовским заводом и каменноугольными копями Новороссийского общества с 1909 по 1918 год Адама Свицына, который сегодня называют еще и домом Юза — потому что он начал строиться еще при жизни Юза и в нем жили его сыновья (на фото).

Сам же хутор Овечий впервые упоминается в письменных материалах в привязке к 1690 году. Именно этот год и является, по мнению некоторых донецких краеведов, годом основания населенного пункта, ставшего в последствии городом Донецком. Если исходить из непредвзятой логики исторического факта — то, конечно же, датой основания считается или первое письменное упоминание о непрерывном заселении местности, или факт первой постройки. И в том, и в другом случае пальма первенства принадлежит казацкому хутору Овечий.

Правда, некоторые краеведы считают, что хутор этот был расположен не в районе шлаколечебницы, а чуть ниже Центрального универмага. Но мне кажется, что в данном случае это не столь важно — важно то, что хутор точно располагался в пойме реки Бахмутки (Скоморошиной). И неизвестно еще, что это был за хутор, сколько там было домов, но ясно, что не один. Здесь жили запорожские казаки, а сколько именно семей — мы сегодня уже вряд ли узнаем.

Очень интересный факт, связанный с именем запорожских казаков и городом Донецком, — это то, что именно по территории Донецка, скорее всего, проходил запасной казацкий путь из из Днепра на Черное море или из Черного моря на Днепр. Путь, которым пользовались в случае, если турками блокировалось устье Днепра у Очакова до или после выхода казаков в Черное море — через Азовское море вверх по реке Кальмиусу. Где–то на территории Донецка казацкие чайки уходили в притоки Кальмиуса — а потом волоком перетягивались, чтобы попасть в реку Волчью — приток Днепра.

Предполагают не менее 10 мест, где этот волок мог быть.

Например, Виктор Химченко в книге «По заповедным местам Донбасса» описывает некоторые возможные пути перевалки казацких чаек из Кальмиуса в Волчью. Он указывает, что в Львовской летописи сообщается, что в 1556 году Михаил Черкашин приплыл Миусом (Кальмиусом) с Днепра «под Керец» (под Керчь). Также в изданном в 1651 году «Описании Украины» французский картограф Гийом Боплан писал, что из походов в Черное море, в случае блокирования турецким флотом устья Днепра, запорожцы возвращались через Керченский пролив и Азовское море в Миус (Кальмиус), поднимались по нему до верховий, а дальше от этой речки до Тавчаводы (Волчьей) шли волоком около двух миль. Волчья впадает в Самару, а Самара в Днепр. Профессор Донецкого национального университета Василий Пирко писал в своих трудах, что река, по которой плыли казаки, — это нынешний Кальмиус.

Водораздел бассейнов рек Кальмиуса и Волчьей проходит как раз через территорию Донецка. На водоразделе берут свое начало несколько притоков реки Волчья. Это — речка Водяная, берущая начало у поселка Спартак, речка Песочная, начинающаяся на окраине Донецка и протекающая через получивший от нее название поселок Пески, и речка Осыковая, истоки которой находятся в пригороде Донецка недалеко от станции электрички Доля. Береговые террасы Кальмиуса показывают, что в прошлом он был многоводен, по его руслу могли проплывать казацкие чайки, а притоки Кальмиуса позволяли проводку этих челнов. Вблизи Старобешево в Кальмиус впадают речки Грузская и Мокрая Волноваха, ниже он, даже в наше время, достаточно полноводен, и по нему на байдарках и плотах туристы плавают к морю.

В верховьях Кальмиуса у села Яковлевка справа к реке опускается широкая балка. В нескольких километрах по балке за невысоким водоразделом находятся истоки речки Водяная — притока реки Волчья. Ниже по течению на речке Водяная устроены пруды и лежат поселки Водяное и Нетайлово, за которыми она впадает в Карловское водохранилище.

Путь волока челнов по суше от истока Водяной в Кальмиус около четырех километров. Но, вероятно, в старину этот сухой волок был короче, так как по рельефу местности видно, что по балке со стороны нынешнего Яковлевского леса существовала речка, впадающая в Кальмиус. Этим наиболее приближенным к истокам Кальмиуса путем из реки Волчья казаки могли пользоваться, если надо было попасть именно в верховья Кальмиуса.

На карте показан древний путь из Азовского моря на Днепр по реке Кальчик. Ко времени Запорожской Сечи, Кальчик, скорее всего, обмелел, и казаки стали ходить по Калмиусу


Более удобным, чем по речке Водяная, является путь из притока Волчьей речки Песчаной в приток Кальмиуса речку Бахмутку, которая в прошлом имела название Скоморошина. В этом случае путь казаков проходил по территории нынешнего Донецка. Истоки Бахмутки находятся в полутора километрах от городского железнодорожного вокзала. Дончане, направляющиеся на вокзал по главной улице города, пересекают Бахмутку и могут любоваться созданным на ней красивым водоемом. Дальше по речке ниже урочища тоже с названием Бахмутка находится украшение города — каскад из трех больших прудов, на берегах которых раскинулся зеленый массив центрального городского парка им. Щербакова — любимого места отдыха жителей Донецка.

Переход волоком из Кальмиуса по Бахмутке в бассейн реки Волчья возможен в том месте, где к урочищу Бахмутка с запада подходит балка речки Песчаная. Расстояние по суше от Бахмутки до истока речки Песчаной около трех километров. Ныне в верховьях балки находится шахта им. Панфилова. Далее речка Песчаная огибает террикон шахты Октябрьская, протекает через протянувшиеся на ее берегах поселки Пески и Первомайское, после которых впадает в Карловское водохранилище.

Виктор Химченко считает, что когда казацкие чайки уже повернули с Кальмиуса по знакомой старым казакам речке в сторону родного Днепра, душе казацкой становилось легко, соленой шуткой и смехом они вспоминали свой талант острого словца, которым  владели не хуже чем саблей, и на первый план выходили те, кого в шутку в древности называли скоморохами. Возможно, у казаков был обычай устраивать веселые каверзные шутки, проходя эти места, может быть, и назвали тогда казаки речку Скоморошина, и также было у нее еще одно название веселого перепляса — Камаринская.

Речка Скоморошина неглубокая, по ней не так легко плыть, как по Кальмиусу. Из деревьев, которые как и ныне, росли на берегах, казаки делали длинные щеглы для проводки своих челнов по мелководному руслу. Представим себе, как вдоль зарослей высокого камыша ватага запорожцев протаскивает свой челн. Мускулистые мужские тела, разгоряченные работой, полуобнажены, многие казаки по пояс в воде, взявшись за борт, поднимают и проводят лодку в трудном месте. Эту картину, воплощенную в камне, считает В. Химченко, было бы хорошо увидеть на берегу Бахмутки в центральном парке Донецка. Пусть бы этот памятный знак рассказал жителям и гостям города о том, что здесь проходил путь славных запорожских казаков из Азовского моря в Днепр.

Один из самых же коротких путей из Кальмиуса в Днепр проходил по нынешней южной окраине Донецка, где речка Осыковая — приток реки Волчья — наиболее близко подходит к притокам Кальмиуса.

Речка Осыковая зарождается из родников около сельской школы на окраине поселка Луганское в километре от остановки электрички Доля. Дальше она протекает через поселки Кременец, Марьинка и за Максимильяновкой попадает в Кураховское водохранилище на реке Волчья. От истока Осыковой на расстоянии полутора километров волока по суше находятся два притока Кальмиуса — река Берестовая и протекающая по балке Широкая безымянная речка, которую многие называют ныне Кирша. Берестовая дальше проходит через поселки Доля, Андреевка, Новоселовка и впадает в Старобешевское водохранилище. А речка Кирша мирно струит свои ныне мелкие воды через донецкий питомник роз, спортивную базу клуба «Шахтер», затем после череды прудов и Донецкое водохранилище впадает в Кальмиус у поселка Авдотьино. Протяженность водного пути до нынешнего Старобешевского водохранилища по речке Берестовой на полтора десятка километров короче, чем через балку Широкая по речке Кирша.

Еще один путь из Кальмиуса на Днепр через реку Волчью отследил донецкий историк Евгений Ясенов. Он начинается из впадения в Кальмиус в районе стадиона «Олимпик» реки Дурной (Асмоловки), которая протекает через известную всем Мариупольскую развилку — пересечение улицы Кирова и Ленинского проспекта — и район Боссе. От Мариупольской развилки вверх по течению река Дурная протекает через поселок Победа у Рутченковского коксохимзавода. Казацкие чайки, поднимаясь по течению реки Дурной, попадали в Бабаков ручей — в нынешнем поселке Флора. Именно там — исток Бабакова ручья. В балке, в которой начинается и река Лозовая — приток реки Волчьей. Перетянуть чайки из Бабакова ручья в реку Лозовую, думается, не составляло большого труда. Река Лозовая протекает по окраинам старинного казацкого села Старомихайловки, основанного согласно официальной версии в 1747 г. переселенцами из территории современных Запорожской, Полтавской, Харьковской и Курской областей. Однако первые дома здесь появились еще в 1710 году. По пересказам старожилов, первыми жителями были старик Михайло Мацагор в возрасте 102 года и его дети. Первая церковь в селе была построена в 1840 г. В 1863 г. (до Юза!) в Старомихайловке числилось 1,5 тысячи жителей. На «донецкой стороне», в 1859 г. в Александровке числилось 1,1 тысяча жителей, в Авдотьино — 0,4 тысячи, в Алексеевке — 0,3 тысячи, а в Григорьевке — 0,2 тысячи жителей.

Кроме указанных населенных пунктов, на территории Донецка задолго до Юза землями владел дворянский род Рутченко. Сегодня так называется часть Кировского района города и железнодорожная станция на территории Донецка.  Основателем рода считается прапорщик Алексей Кириллович Рутченко, ушедший с военной службы в отставку в 1817 году. Во владении у него было около 5600 гектаров земли. Сегодня эти земли находятся в составе Кировского, Куйбышевского и Ленинского районов Донецка. У него было три сына — Григорий, Николай и Иван. Именно в честь одного из сыновей Алексея — Григория Алексеевича — было названо село Григорьевка. Сегодня это район между улицами Пухова и Молодежной.

Внук Алексея Рутченко — Владимир — также был военным. Женился на дочери капитана Соколова Софье Ивановне. Их дом находится напротив машиностроительного завода (бывший Боссе) — в составе спорткомплекса «Олимпик».

Известно, что родившийся в 1883 году Николай Рутченко был расстрелян 22 ноября 1920 г. под Симферополем. Его сын Николай (р. 1916) — историк, живет во Франции. Несколько лет назад передал в дар городу Москве 16 ящиков документов по истории белого движения, в том числе 400 писем только генерала Деникина.

В начале XIX века (Юз на тот момент даже не родился) Алексей Рутченко часть своей земли выделил одной из дочерей в качестве приданого. С северной стороны эти земли граничили с владениями Шидловского. Возле оврага Скоморошина, где протекала речка с таким же названием (или Бахмутка), на которой сегодня находятся три центральных городских ставка, возникла деревня Екатериновка (или по другому — Масловка), названная по имени хозяйки, Екатерины Алексеевны Маслянниковой (урожденной Рутченко).

В 1873 году земля, принадлежавшая Екатерине Маслянниковой, была продана Екатерине Аркадьевне Лариной.

Земли крестьян деревни Екатериновка (Масловка), примыкавшие к заводу Новороссийского общества, были выкуплены Новороссийским обществом в 1875 году.

Кроме того, часть земли (23 десятины) у Екатерины Аркадьевны Лариной арендовал Торговый дом «Томсон Брокар». Эта площадь была отведена под Ларинский базар. Ларинский базар находился в районе кинотеатра «Сталь». В 1930–х годах он был перенесен на новое место. Официально базар назывался «Стандарт», но в обиходе его называли по–другому — Соловки. По терминологии того времени его вроде как сослали, отсюда и название.

За рынком Соловки, в районе улицы Пионерской, была Нестеровка — сегодня так называется часть Ленинского района. Основатель дворянского рода Нестеровых — Иван Андреевич, поселился в Бахмутском уезде в конце XVIII века. В селе Григорьевка ему принадлежали 62 крестьянина. И земля досталась ему в качестве приданого жены — Дарьи Алексеевны, урожденной Рутченко. Их старший сын, Николай, 1812 года рождения, имевший чин губернского секретаря, заложил несколько шахт. Ввиду его кончины всю землю и шахты унаследовала жена, Елизавета Альфонсовна Нестерова. Работы на руднике, согласно промышленным правилам ведения разработок, производились с 1854 года — опять же до появления на территории Донецка Джона Юза.

В начале XX века наследникам Нестеровой принадлежало чуть больше 500 десятин земли. Земля шла узкой полоской вдоль речки Асмоловки, в современном представлении от проспекта Кирова и до бывшего парка завода «Донгормаш», спортклуба «Олимпик».

Владельческая усадьба Лизино–Никольское, принадлежавшая Николаю Нестерову, располагалась между деревней Любимовкой (Закоп) и землею Софьи Ивановны Рутченко возле Дурной (Птичьей) балки с речкой Асмоловкой (Дурной). Здесь в конце XIX века имелось три дворовых постройки, в которых проживали 36 мужчин и 9 женщин, один постоялый двор при проселочной дороге в с. Старомихайловку.

Нестеровы также имеют отношение и к Лидиевскому руднику. Земля здесь (всего 500 десятин) принадлежала Дарье Николаевне Нестеровой, вышедшей замуж за казачьего офицера Горбачева. И здесь существовал хутор, названный «Дарьино поле».

В 1896 году все свои земли наследники Алексея Рутченко продали французскому горнопромышленному обществу, названному Рутченковским.

Кстати, одно из имений семьи Рутченко находилось в районе площади Свободы.

Кроме семьи Рутченко, а также упомянутых ранее Шидловского и Смольяниновых на территории Донецка задолго до Юза жил также  дворянских род Мандрыкиных.

Запорожский казак Мандрыка, родившийся ориентировочно в 1528 году, впервые упоминается в описании Хортицкой Запорожской Сечи, организованной в 1553 году под руководством знаменитого вождя запорожских казаков князя Дмитрия Ивановича Вишневецкого — Байды. Мандрыка в первый год создания Сечи был выбран куренным атаманом, то есть являлся одновременно строевым начальником, распорядителем куренного имущества и судьей.

Также род Мандрыки описан в Указах Правительствующего Сената о признании его представителей в дворянстве с внесением во вторую часть дворянских родословных книг различных губерний.

В 1912 году украинский историк и искусствовед Вадим Львович Модзалевский издал одну из своих основных и фундаментальных работ  — «Малороссийский Родословник», где родоначальником рода донецких Мандрыкиных указал Андрея Мандрыку, родившегося с 1620 по 1630 гг. в селе Кобыжча под Киевом. Один из его потомков, Андрей Леонтьевич Мандрыка, родился около 1708 года, жил и служил в поселке Царичанка Полтавского уезда Новороссийской губернии. Сейчас это поселок городского типа в Царичанском районе Днепропетровской области.

Сыновья Андрея Мандрыки Кирилл (Кирило) и Давид 12 апреля 1765 года купили у казака и жителя Царичанскаго Максима Луценка лес под рекой Орелью за 80 рублей и основали зимник Мандрыкино в верховьях реки Кальмиус, на его правом берегу, в лесном урочище Александровке.

В 1767 году Давид Андреевич Мандрыка женился и назвал поселение в честь своей жены Евдокии–Авдотьи. Она привезла из Белоруссии своих крепостных крестьян, обеспечив этим выполнение требований правительства к новым землевладельцам заселять полученные участки. Но есть, правда, и другая версия происхождения названия Авдотьино  — якобы поселение названо так сыном Давида Даниилом, адъютантом Суворова, в честь матери легендарного полководца Александра Суворова Авдотьи.

Даниил Мандрыкин (Мандрыка) родился в 1771 году. Дворянин. Сохранились сведения о его активном участии в военных действиях, начиная с 90–х годов XVIII века, против поляков в составе российских войск. Так, после боя под Брестом 8 сентября 1794 г. А.В. Суворов пишет графу Петру Румянцеву о Мандрыкине: «Последний, помимо свидетельств о его храбрости, заслуживает особого воздаяния…». Через несколько дней в реляции о бое при Клинцах полководец снова вспоминает Мандрыкина: «…Неустрашимой храбростью отличился как в атаках, так и будучи послан в самые опасные места с приказаниями, которые доставлял с наилучшим успехом».

В 1795 году в списке чинов армии Мандрыкин упоминается как адьютант генерал–лейтенанта. Известно, что Мандрыкин был награжден орденами Св. Владимира 4–й степени и Св. Георгия 4–й степени, в 1797 году он был уже в звании подполковника. Именно с Суворовым связывают орден Св. Анны в семейных воспоминаниях и легендах, который сохранили потомки. В Санкт-Петербургской публичной библиотеке сохранилось 16 писем Д.Д. Мандрыкина к высшим лицам Российской империи, свидетельствующих об их искренних отношениях с Суворовым. В январе 1797 года полководец пожаловал Д.Д. Мандрыкину 100 крепостных душ в своём Кобринском имении Ключ Зиоловский. После смерти мужа дочери А.В. Суворова в 1805 году Д.Д. Мандрыкин принял самое активное участие в деле помощи вдове и ее малолетним детям.

В 1807 году Даниил купил у наследников Суворова в Кобринском уезде Гродненской губернии за 29 070 рублей ассигнациями 5 сел с 285 душами крепостных.

Умер в своем наследственном владении — селе Авдотьино в Бахмутском уезде на реке Кальмиус около 1850 года. Захоронен в семейном склепе под церковью Александра Невского.

По благословению митрополита Донецкого и Мариупольского Илариона в августе 2006 года начато восстановление разрушенного храма Александра Невского. При строительных работах было обнаружено захоронение полковника Данилы Мандрыкина, но, к сожалению, в 20–х годах прошлого века могила бала вскрыта и осквернена. Сейчас останки перенесены в церковь и по восстановлении фамильной усыпальницы Мандрыкиных будут перезахоронены на прежнем месте.

Брат Данилы Василий Давидович Мандрыкин — участник Отечественной войны 1812 года и заграничных походов русской армии. В 1813 году участвовал в «битве народов» под Лейпцигом. За безупречную многолетнюю службу он был награжден орденами Св. Владимира и Св. Анны, имел и другие отличия. В ноябре 1819 г. В.Д. Мандрыкин вышел в отставку в чине полковника. Землевладения Даниила и Василия Мандрыкиных состояли из имений в Екатеринославской и Гродненской губерниях. Согласно документам, между братьями Даниилом и Василием Мандрыкиными не было распределения земельной собственности. Сохранились ведомости о проживании В.Д. Мандрыкина в селе Авдотьино, где в 1838 году, получив разрешение от Бахмутского духовного правления, он начал строить каменную церковь Александра Невского на 500 прихожан с колокольней, которая была закончена в 1842 году.

Выбор святого не был случайным. Князь Александр считался небесным покровителем великого полководца Суворова, с которым Мандрыкины были тесно связаны в прошлом.

В 1938 году село Авдотьино получило статус поселка городского типа города Сталино.

С 1959 года территория поселка Авдотьино стала частью города Донецка.

В 1896 году имением Авдотьино владела княжна Ольга Анатольевна Долгорукова, внучка Марии Васильевны, дочь Марии Яковлевны (в девичестве Туткевич) и князя Анатолия Михайловича Долгорукова.

Потомков рода Мандрыки жизнь разбросала не только по Украине и России, но и по многим странам.

Когда прокладывали железную дорогу на Мариуполь — часть трассы прошла по землям Мандрыкиных. Поэтому и железнодорожную станцию назвали Мандрыкино.

То есть, утверждать, что первым человеком, появившимся на территории Донецка, стал британец Юз, — это оскорбить многих и многих людей, населявших территорию Донецка задолго до Юза.

Угольные рудники Смольянинова (Смоляниновские), Нестерова (Нестеровские), Ларина (Ларинские), Рутченковские (Кировский район Донецка) и Карповские (Петровский район Донецка) — все они разрабатывались до Юза.

Кстати, сохранились сведения о том, как богатая незамужняя помещица Дарья Мандрыкина, бывшая женщиной яркой и независимой, не побоялась вести земельную тяжбу с влиятельным местным помещиком, промышленником и горнозаводчиком, неоднократно избиравшимся бахмутским уездным предводителем дворянства Петром Карповым (1838–1901). Суть спора заключалась в необходимости уступки Мандрыкиной четырех десятин земли для устройства подъездного пути от каменноугольных копей Карпова до железнодорожной станции Мандрыкино, что в нынешнем Петровском районе Донецка. В столь незначительный, на первый взгляд, вопрос вынужден был вмешаться сам император Александр III. В своем указе от 8 июля 1889 года министру путей сообщения царь повелел изъять у Дарьи Мандрыкиной эти четыре с небольшим десятины до станции Мандрыкино Донецкой железной дороги, а убытки компенсировать. Однако Дарья Васильевна не узнала о решении. Шестого мая она скоропостижно умерла от бронхита. На погребение прибыли священники всех соседних приходов, в том числе из Юзовки. Похоронили ее в фамильном склепе возле Александро–Невской церкви.

Подведем итоги

До Джона Юза на территории нынешнего Донецка жили люди. Первые упоминания связаны с 1690 годом — с поселениями запорожских казаков, которые охраняли путь из Черного моря и Дона на Запорожье, занимались рыболовством, скотоводством и земледелием. Именно на хуторе Овечий поселился Джон Юз, арендовав дом у помещицы Смольяниновой.

В 1765 году Кирилл и Давид Мандрыкины основали зимник Мандрыкино в верховьях реки Кальмиус, на его правом берегу, в лесном урочище Александровке.

В 1779 году село Александровка упоминается в переписи во владении Евдокима Шидловского. В 1793 году построили, а в 1794 году в Александровке–Щегловке (так произносили название села местные жители) освятили церковь Александра Свирского, которая просуществовала почти полтора века. В 1820 начали работать крестьянские шахты «дудки». В 1842 году году Шидловский сдал Александровку в аренду Новороссийскому и бессарабскому генерал–губернатору  Михаилу Воронцову, который в этом же году начал промышленную добычу угля на трех шахтах. На Гурьевской шахте, на которой использовалась первая на Донбассе паровая подъемная машина.

Дворянские роды Рутченко, Нестеровых, Маслянниковых, Лариных, Карповых, Смольяниновых владели землями на территории Донецка еще с конца XVIII века, а в начале ХІХ века начали здесь строить шахты и добывать уголь. Работы на руднике Нестеровых производились с 1854 года. На участке было исследовано 9 пластов угля. Кроме того, здесь были конезаводы, мельницы, торговые дома — не считая сельскохозяйственного производства. Смолянка, Ларинка, Масловка, Нестеровка, Рутченково, Александровка, Григорьевка и другие населенные пункты были на территории Донецка задолго до Юза.

В 1866 году младший сын министра внутренних дел Российской империи Сергей Кочубей получил концессию на строительство на территории Донецка металлургического завода, но продал концессию Новороссийскому обществу, в котором он стал почетным директором, а Джон Юз вместе с Джоном Виретом Гучом — директором–распорядителем.

Годом основания любого населенного пункта считается момент первого непрерывного поселения людей на этом месте или момент первого упоминания в летописях. Так как это есть в случае с городами Артемовск, Славянск, Макеевка, Красноармейск и другими.  Город Донецк отличается от них только тем, что когда–то кому–то (говорят, к столетию начала постройки завода) захотелось увековечить в истории города имя британца Юза. Но увековечить и подогнать под имя дату основания населенного пункта — это не считать за людей тех, кто здесь жил до Юза. Кто сдавал ему в аренду дом, где он поселился, кто продавал ему землю, на которой он начал строить завод, кто строил здесь шахты и делал изыскания по строительству завода. Кто здесь, в конце концов, жил задолго до Юза.

Анатолий Герасимчук,
по материалам dic.academic.ru,
www.donjetsk.com
pabel2007.narod.ru,

www.country.alltravels.com.ua
и других упомянутых в тексте источников